Призрак в храме полностью

Судья также встал. Провожая гостей к дверям, он сказал банкиру:

— Слышал, что у вас есть брат, неплохой художник, господин Ли.

— Я ничего не понимаю в живописи, ваша честь, — довольно резко ответил Ли.

Старшина Хун проводил гостей вниз по лестнице.

— Значит, эта Нефрит на самом деле существует! — возбужденно сказал Ма Жун. — Должно быть, колдунья знала ее и поэтому правильно назвала мне день ее рождения. И последнее послание от нее, которое мы нашли в шкатулке, должно быть подлинным! О Небо, мы должны немедленно...

— Не спеши, Ма Жун! — Судья Ди сдвинул на затылок тяжелую шапку и утер пот со лба. — Я чувствую, что здесь скрыто нечто странное. Было бы невежливым требовать у отставного правителя подробности, но... Что еще случилось, домоправитель? — Он с удивлением посмотрел на седобородого старца, вошедшего в кабинет с весьма унылым лицом.

— Нечто крайне необычное произошло в женских покоях, ваше превосходительство... Меня послала за вами Первая госпожа.

— Ну, говори же!

— Только что к Первой госпоже пришла Третья госпожа и принесла запечатанный конверт, который ей передала у заднего входа какая-то женщина под вуалью в закрытом паланкине. Спросив у служанок, кто является младшей женой, и узнав, что это Третья госпожа, она попросила о встрече с ней по личному делу. Когда служанка поинтересовалась, как ее зовут, женщина вручила ей этот запечатанный конверт. Первая госпожа открыла конверт и нашла там визитную карточку госпожи У, жены отставного правителя. Госпожа сразу же послала меня к вашему превосходительству.

Судья вскинул брови.

— Я не хочу, чтобы мои жены были связаны с делом, которое я веду, — тревожно сказал он Ма Жуну. — С другой стороны, у меня такое ощущение, что господин У рассказал мне не все. Что ж, я посоветуюсь с Первой госпожой. Скажи старшине, что мы встретимся в моем кабинете позже.

Судья Ди застал двух своих жен в гостиной Первой госпожи и коротко рассказал им о беседе с отставным правителем.

— Визит госпожи У, должно быть, связан с исчезновением барышни Нефрит. Я бы хотел лично принять ее, хотя она, конечно, не станет говорить со мной. Но мне нужно увидеть ее, чтобы получить представление, что она за человек... — Он с досадой подергал себя за бороду.

Первая госпожа быстро повернулась к Третьей.

— Можешь ли ты принять госпожу У в своих покоях так, чтобы наш муж мог видеть и слышать ее, а она бы при этом ничего не заметила?

Согласно освященному временем обычаю судья Ди отвел каждой из своих трех жен по отдельному помещению с собственной кухней и своими служанками. Хотя Вторая и Третья жены приходили в покои Первой госпожи в главном здании резиденции судьи, последняя никогда не бывала у них. Судья Ди строго придерживался этого издавна установившегося правила, потому что знал, что в этом — лучший залог гарантии мира и гармонии в доме.

— Ну, — медленно произнесла Третья госпожа, — как вам известно, на полукруглой двери между моей спальней и гостиной есть занавес из тонкой кисеи. Если я усажу гостью возле окна, а вы встанете в спальне, за занавесом, тогда...

— Прекрасно! — воскликнул судья. — Пойдем!

— Если вы не против, — сказала Третья госпожа, — я проведу вас туда через заднюю дверь, чтобы служанки не видели вас. Они могут случайно сказать госпоже У, что вы у меня.

— Отличная мысль, — согласилась Первая госпожа. — Желаю удачи!

Третья госпожа провела судью извилистой садовой тропой к своим покоям, расположенным в уединенном уголке позади резиденции. Когда она открывала дверь гостиной, чтобы впустить его, судья поспешно сказал:

— Постарайся сделать так, чтобы она заговорила о барышне Нефрит. Она ведь вторая жена У, ты же знаешь.

— Все это так увлекательно! — прошептала она, сжимая его руку. — Я посажу ее в это кресло лицом к полукруглой двери.

Судья быстро прошел в спальню, тщательно задвинув за собой кисейный занавес. Там царил полумрак, потому что ставни были закрыты, чтобы в комнату не проникал жаркий воздух. Усаживаясь на край широкой кровати, он услышал, как жена хлопнула в ладоши. Она сказала служанке, что та может уйти после того, как приведет гостью, и что она сама разольет чай.

Судья Ди одобрительно кивнул. Его Третья госпожа была умной женщиной, с тонким вкусом. Он оценивающе осмотрел изысканную цветочную композицию на чайном столике. Каждый раз, приходя сюда, он находил что-то новое. То висящее на стене написанное ею стихотворение, то последнюю картину или изящную вышивку на столе. Жена была счастлива, имея возможность удовлетворять свои художественные запросы, и любила учить детей. Ее отец, эгоистичный и злой человек, отрекся от нее после ужасных испытаний, которые ей пришлось вынести в Пэнлае, и судья знал, что сейчас она чувствует себя в безопасности и считает Первую и Вторую жен старшими сестрами. Голоса в гостиной отвлекли его от этих мыслей.