— А всему, чему угодно.
— Скажем, тому, как женщине обманывать своего мужа?
— И этому.
— А чему же ты учишься?
Девушка рассмеялась.
— Может, я и не нужен тебе? В Дебрецене хватает парней.
— Это верно, хватает.
— А ты уж и рада, рада, что увидишь их.
— Не вырвать же мне глаза себе?
— Вот, стало быть, все, что я заработал за это время! Выходит, я тебе ни вот на столечко не дорог.
Девушка взяла парня за руку.
— Смотрите-ка, застекленная карета, фиакр.
— А меня он не интересует.
— Ой, боже мой! Когда я-то буду сидеть в таком?
— Когда твой гроб повезут.
— Да ну?
— Поставят его в застекленную карету. И станешь ты досточтимой госпожой.
— Да ну?
— Вот тебе и «да ну»! Ты будешь досточтимой госпожой, а я кучером на козлах. Только я опрокину карету.
Девушка рассмеялась.
— Да зачем вам опрокидывать-то? Ведь я все равно буду уже покойницей!
— А я и тогда буду сердиться на тебя.
— А с чего бы это вам на меня сердиться? Что я вам сделала плохого?
На этот раз парень ответил не сразу.
— Потому что ты сейчас не такая, — проговорил он наконец, — какой я тебя люблю.
— Да уж какая есть. Любите такую, какая есть.
— Ты все примечаешь.
— Что же, мне зажмурившись ходить?
— В Дебрецене все будут на тебя глаза пялить.
— И что же мне теперь делать? Накраситься под цыганку? Надеть маскарадный костюм, маску, в каких обычно заявляются на свадьбы, знаете? А потом смотрят через окошко, как жених танцует с невестой.
— Э, смотрят, только на тех, кто этого хочет.
— Ну, я, положим, не хочу этого, но мешать не стану. Молодость раз в жизни дается.
— Ну и будь молодой!
— А я и буду, пока возможно.
— Эх, уж и встряхну я тебя, если поймаю!
— Да подите вы к черту, не приставайте ко мне.
Сердце у парня, который уже в третий раз услышал такое, больно сжалось, а на глазах блеснули слезы. Он круто повернулся на каблуках и оставил девушку.
Йошке показалось, что теперь он решил окончательно.
Нужно положить конец этой злой игре. С него хватит — сыт по горло. Он не позволит, не желает, чтобы все обернулось ему на горе. Есть у него отец с матерью — милая, хорошая семья, шестеро братьев и сестер… И как эта девчонка осмеливается с ним так разговаривать?.. Ведь он первенец в семье, его все братишки, сестренки слушаются, а для отца, матери он любимый сынок, они только на него и надеются.
И ему попасть в кабалу к этой ничтожной девчонке?! Он и сам толком не понимал, что происходит, но чувствовал, что здесь ему грозит большая опасность.
Лучше бы сейчас же и бросить все это! Ну, поиграли, пошутили немного — будет чем вспомнить работу на молотилке… Хорошая она девушка, славная, а если вдуматься, так и она такая же, как остальные… Ни кола, ни двора. И ведь поди ж ты: поддразнивала тут его! А с каким гонором разговаривала с ним. «Подите вы к черту!» Если девушка осмеливается говорить подобные вещи, то что уж это за любовь?! И она-то сама что такое? Испорченная девица, вот кто она, скверная девчонка!
Поднимая пыль, Йошка брел по дороге.
Внезапно он поднял глаза, и перед ним, подобно какому-то волшебному видению, возникла милая, очаровательная фигурка ушедшей вперед девушки.
Сердце его учащенно забилось, голова закружилась, рот невольно приоткрылся — невыразимый ужас обуял его при мысли, что если сейчас потеряет девушку, то уже больше никогда, никогда не увидит ее.
Ах, да ведь у нее только язык дурной, эти современные девушки уж все такие: и черта помянут и поиздеваются вволю… а сердце у нее чистое, доброе… она, может быть, лишь прикрывает свое доброе сердце…
Батюшки! Да вот она и обернулась, вот только сейчас!
И Йошка снова заторопился ей вслед, как собака, счастливая от того, что хозяин разрешил ей и дальше прыгать перед ним на задних лапах.
Жужика действительно обернулась, но, почувствовав, что если сейчас уступит, то будет навсегда растоптана, не уступила.
Она пошла дальше, прямо и твердо, смеясь в душе; однако сердце у нее застучало, когда она вдруг услышала за спиной шаги Йошки.
Все в ней ликовало, но как только он настиг ее, она перестала смеяться и строго поджала губы.
— А, это вы… наверное, сигареты покупали?
— Нет.
— Нет? А почему же тогда отстали?
— Я не потому отстал.
— А почему же?
— Да так, отстал… к черту пошел…
Девушка усмехнулась.
— А теперь что же, уже вернулись?
Лукавым взглядом прищуренных глаз она на мгновение взглянула на парня и тут впервые увидела, что лицо его, а особенно лоб покрыты какими-то красными прыщиками.
Там, в степи, Жужика не замечала этого, но здесь, в городе, это бросилось ей в глаза.
— Откуда вернулся? — тихо промолвил парень.
— Да оттуда…
— Откуда?
— Ну… от черта.
Парень взглянул на нее.
— Послушай, Жужи, ты разбойница и плутовка, но ты еще будешь плакать по мне!
Девушка не ответила и только смеялась.
В городе все разбрелись кто куда. Те, что помоложе, обменялись крепкими рукопожатиями; старики же, эти хмурые олицетворения бедности, лишь что-то буркнули на прощанье друг другу.
К счастью, оказалось, что Жужи и Йошка живут в одном конце города, в Шештакерте.
Жужика шла впереди; парень следовал за ней. Девушка казалась очень рассеянной.
