За той стеной, что где-то в облакахПоследним рядом плит своих теряется,Сады цветут, и в чашечках-цветахТрудятся пчелы и беспечницы купаются.Там мостик есть — протянут над каналом,Где древняя обитель отражается,Там бродят цапли с опереньем алым,Вишневых древ ветвистый стан склоняется.Все так! И сны свои благодаря,Я, предвкушенье боле не тая,К стене приник — услышать звон ручья,Шепот лозы, беспечниц голоса…Услышать лишь — ведь предо мной стена,В которой не прорезаны врата.19. КОЛОКОЛАИздалека я год от года слышалГлубокий, мрачный звон колоколов,И он звучал не от церковной крыши,Его источник я сыскать не мог.И так, и этак память волновал,Но все никак не мог найти ответа,Лишь — смутно: одно иннсмутское лето,И чаек разгоняет пенный вал…Напуганный, я вслушивался в звоны,Что сотрясали мартовскую ночь,Забыв про ливень, я прошел к балкону —Мне нужно эту муку превозмочь!Вдруг — ясно, где мелодия… ОнаНеслась из глубины, с морского дна.20. НОЧНЫЕ СТРАЖДЕЦЫО, из каких ползут они могил?Сказать я не могу — но вот, летят,Черны, рогаты, с парой страшных крылИ с жалами, что гибелью грозят,Меня — хватают! Грозный черный ройЩекочет, рвет, глумится надо мнойИ увлекает, ветром злым гоним,К седым мирам, враждебным и чужим.И, Токовых Вершин лишь достигая,Меня те твари с высей низвергают —К шогготам, что в зловодье чутко дремлют,И я кричу — но крикам тем не внемлют.О, если б звук сопровождал их приближенье,О, если б лик имели эти привиденья!21. НЬЯРЛАТХОТЕПВ конце времен пески Египта взволновались,И в этот мир исторгли вестника сего:Ему погонщики верблюдов поклонялись,Его одежды были красны, как вино.Его командам люди подчинялись,Потом не помня, что он приказал,И слухи все быстрей распространялись,О звере, что покорно длань лизалНьярлатхотепа, раболепно труся следом,И вот — поднялся из моря, неведомЛишь до поры — подводный город Р’Льех.И пробил час — последний час для всех.В тот час, смяв им же созданный курьез,Безумец-Хаос Землю в пыль разнес.22. АЗАТОТМы с Демоном вселенским прочь летелиИз мира измерений и пространств,Туда, где нет ни времени, ни цели,Где есть лишь Хаос — голый, без прикрас.Презренный Хаос, автор мирозданья,Ворчал о снах, чью суть не понимал,Рождая звук, теряя очертанья, —И сонм пажей крылатых заклинал.Как тварей тех бодрили стоны флейты,Которую в когтях Творец зажал!Под звуки те — хоть верьте, хоть не верьте —Миры встречали старт свой — и финал.Сказал мне Демон: «Я — его послушник!»,С усмешкой стукнув Бога по макушке.23. МИРАЖ
