Открытые люки были словно двери в сердце «Улья». В первом жилом отсеке у стены стоял замызганный диван, у которого сохранилась только одна подушка. На нем сидела Дебора, работавшая на мостике в должности штабного офицера, и читала книжку без обложки. Она подняла глаза и улыбнулась им. Лейла в ответ махнула ей рукой.
Дальше шла комната, в которой Майкл провел много времени в детстве. Когда они подошли к люку, на котором было нарисовано солнце, Лейла ускорила шаг.
– Не хочешь здесь задержаться? – спросил Майкл.
– Зачем?
Он пожал плечами, хотя на самом деле хотел попросить ее остановиться. После смерти родителей Лейла всячески избегала этого отсека и сейчас даже не посмотрела на улыбающееся желтое солнце, которое сама нарисовала маленькой девчушкой.
Они давно договорились считать некоторые зоны на корабле запретными. Для Майкла это был агротехнический отсек. Там у него в голове всплывало слишком много мучительных воспоминаний. В случае с Лейлой их порождал вид этой комнаты. Она выпустила руку Майкла и торопливо зашагала дальше по коридору, явно не в восторге от того, что он повел ее этим путем.
Впереди с переборки свисал знак отсека очистки воды. Лейла остановилась на пересечении коридоров и подождала его. Когда они проходили мимо двух полицейских, охранявших крыло обитателей верхних палуб, он дернул вправо подбородком. Еще двое стражей порядка охраняли вход в отсек очистки воды.
Майкл все не останавливался. Они почти пришли. Он нащупал в кармане запечатанный конверт и постарался ни о чем не думать, всецело сосредоточившись на том, что ему предстояло сделать.
Когда они подошли ближе к рынку, по коридору зазвучали громкие голоса. На открытой площадке перед ним слонялись без дела несколько гражданских. К Лейле подошел тощий мужчина с резко очерченным подбородком и бритой наголо головой. На нем была коричневая шляпа и черные брюки на два размера больше, чем надо.
– Я не собираюсь ничего покупать, – сказала она.
Он посмотрел на Майкла, но увидел, что в их сторону направились двое полицейских, и поспешил улизнуть.
– Ты опять за свое, Джейк? – произнес один из них. – Я же сказал тебе больше здесь не болтаться.
Мужчина поднял руки и улыбнулся.
– А что? Я же ничего не сделал.
Майкл пошел дальше, проталкиваясь сквозь толпу, валившую из люка в конце коридора.
– Ты, наконец, скажешь мне, куда мы идем? – спросила Лейла.
Он бросил взгляд в сторону входа на нижние палубы. Лейла притормозила.
– И какого черта мы туда премся?
Рядом с ними остановилась женщина с корзиной картофеля в руках.
– Может, кто-то из вас желает…
– Нет, – рявкнула Лейла.
Затем схватила Майкла и потащила в конец коридора.
– Что с тобой, Тин? Почему ты мне ничего не говоришь?
Он откинул волосы с глаз.
– Потому что если скажу, ты со мной точно не пойдешь.
Она нежно провела пальцем по его руке.
– Ты всегда можешь со мной поговорить.
– Ты сказала, что веришь мне.
Лейла кивнула.
– Верю, но в данный момент мы вместе с остальными дайверами должны следить за миссией внизу.
Майкл достал из кармана конверт. Она склонила набок голову.
– Это из-за него нам пришлось пройти мимо моей старой комнаты?
Он кивнул.
– Ну и что это такое?
– Незадолго до смерти его мне дала капитан Эш.
Майкл ощупал гладкую бумагу. Он не одну сотню часов не сводил с нее глаз, когда Лейла спала, размышляя о том, что может оказаться внутри. Но данное капитану обещание держал и конверт не вскрывал.
До сегодняшнего дня.
– Капитан Эш сказала открыть его только в том случае, если мы получим с поверхности сообщение.
Лейла наморщила лоб.
– Ты меня заинтриговал. Но почему мы направляемся на нижние палубы?
– Ты мне по-прежнему веришь?
Она опять кивнула.
– Тогда за мной.
Магнолия не понимала, сколько прошло времени, час или минута. С уверенностью можно было сказать только одно – ей казалось, что она прячется целую вечность. Батарейный блок девушка сжимала в затянутой в перчатку руке. Через изношенную ткань пробивалось тепло. Коммуникатор, прибор ночного видения, системы жизнеобеспечения – все это теперь не работало.
За ней пришли другие дайверы. Девушка поверить не могла, что капитан Джордан решил рискнуть чужими жизнями ради спасения ее жалкой задницы. Она поклялась, что он не пожалеет о своем решении. Она по-прежнему не знала, кто намеревался ее убить, но, похоже, это был не капитан.
Вдруг она услышала шарканье. Лианы снова принялись ее искать.
Вокруг входа в ее убежище заплясали красные огоньки. Свет распространился по комнате, будто разлившаяся по полу вода. Девушка поежилась и вжалась глубже в стену под бетонной платформой, где нашла приют, стараясь не напороться на голый арматурный стержень, торчавший из края цементной плиты.
Звук нарастал. Два отростка заползли внутрь. На бетонном столбе колыхалась тень третьего.
Вдруг шипастый конец метнулся вперед. Наблюдая за его движениями, Магнолия сильнее сжала нож. За толстым стеблем тянулся след бледно-красного сока. В тех местах, где кто-то пытался его сожрать, виднелись отметины. Перед самым щитком ее шлема шипы разошлись в стороны, образовав четыре жвала.
