— А ты как до жизни такой докатилась? — спросил он.
— Не знаю, постепенно как-то. Металл с детства слушала, потом до сатанизма дошла, потом Black Metal, NSBM, потом в технаре я всех чертей гоняла, да и не чертей тоже.
— А ты в каком технаре училась?
— Да есть там у нас в одном городишке. Дыра дырой.
— Специальность то хоть какая?
— Медсестра.
Факел зашелся смехом.
— Че такого смешного?
— Я тебя уже представил, копающуюся в каком нибудь дохлом цунаре со скальпелем, по локоть в крови!
— Так и было на практике, у меня даже фотки есть.
— Покажешь?
— Конечно! А ты где учился?
— У нас в шараге, на сварщика, потом на токаря, потом на фрезеровщика.
— Нам с тобой можно пыточную камеру открывать!
— Легко! Ты будешь отрезать, а я прижигать!
— Не мети пургу! — Катя толкнула его в плечо, — Я на самом деле в больнице нашей работала, пока ее не признали аварийной. Но скоро уже новую достроят.
— А сейчас что? Болеть все перестали?
— В райцентр всех отправляют пока.
— Понятно. А чертей у вас много?
— А где их мало?
— Да, действительно! И их кто нибудь мочит?
— Бывает иногда, что бычье их опрокинет, но это так, фигня. Вот я одному в больнице помогла с аллахом встретиться.
Факел чуть не подавился зубочисткой.
— Ты не базарь так громко! Что, в натуре? — он сделал музыку на трубе погромче.
— Да, я ночью ему в капельницу нитроглицерина лошадиную дозу добавила, и его сердечный приступ хватил. Он и так уже после первого лежал… — разошлась она.
— Ладно об этом не здесь и не сейчас!
— Да, пожалуй! Ты сегодня, будь пожалуйста осторожней!
— Хорошо, буду! Не переживай, все будет нормально! О, блин, собака уже едет! Давай прощаться что ли! — Факел поднялся с лавки и набросил на одно плечо рюкзак, Давай пройдем немного подальше, мне в четвертый вагон. Они прошли метров пятьдесят по платформе и остановились.
— Ну, доброй охоты вам, Факел! Утром расскажешь, как было дело.
— Обязательно! — ответил он.
— Кстати, а знаешь, Факел, что мне в тебе больше всего нравиться? — спросила она.
— Что?
— Ты такой же длинный, как я, и чтобы тебя поцеловать, не надо нагибаться! — она обняла его и крепко поцеловав прошептала: «Это последний раз без меня!» Факел стоял обгашенный, как будто выпил залпом стакан водки. Звук открывающихся за спиной дверей вагона вернул его к реальности.
— О! Командир, давай сюда! — заголосили курящие в тамбуре бойцы группировки.
— Двигай! Тебя ждут! — сказала ему Катя. Он вошел в тамбур и сразу развернулся, чтобы еще раз взглянуть на нее. Она сделала им отмашку, и увидев ответ всей бригады пошла дальше по платформе.
— Sieg Heil[21] Призраки! Заблокируйте калитку! — поприветствовал он своих солдат и поручкался[22] с каждым.
— Ну что, Лёх, всё по плану? — спросил Факела его замок Кастет, установив между створками дверей большую бейсбольную биту.
— Да, разумеется.
— А ты патронов нам с Штыком купил у Петровича? А как же, все у меня в рюкзаке. А где сам Штык?
— В вагоне, он же не курит. И правильно делает. Вы к Рамсу то ездили?
— Да, теперь все до зубов вооружены.
— Че взяли?
— Пару картошин, и маслят на всех.
— А стволы какие?
— Я АКМ последний урвал, кстати с оптикой и сошками, а Косарю и Пирату «вёсла»[23] достались — ответил ему Астерот.
— А че так презрительно? «Вёсла!» Мне 74-й больше нравится, у него отдача меньше и приклад складывается! — возразил Косарь.
— Да ладно вам, нашли повод для спора в любом случае — круче, чем двустволка! — подключился к дискуссии Пират.
— Не говори! Тьфу бля, надымили вы тут! Пошел я к Штыку! — сказал Факел и удалился в вагон. Он закинул свой рюкзак на верхнюю полку и сел к окну напротив Штыка.
— Sieg Heil, Факел! — Штык вытащил наушники плеера из ушей.
— Здорова, братан! Как жизнь?
— Ништяк!
— Командир, а что это за девушка с тобой на платформе была? — спросил вернувшийся из тамбура Кастет.
— У-у! Это полный Sieg Heil Ave Satanas[24]! Пока сюда в электричке ехали познакомился. Овощей там строили.
— Это как?
— Да длинная тема, на базе под пиво расскажу.
— Ну, вкус у тебя есть! Красивая! — подмигнул Факелу Астерот.
— Да ну, я бы так не сказал, уж больно длинная, за сто восемьдесят должно быть, и вообще, девушка нормальной должна быть, а не косить под этого вашего, как там его… — начал рассуждать Кастет.
— Ну, это для тебя, гнома, длинная, и ты у нас тут только один поклонник клубных шмар — ответил ему Штык.
— Кто гном? Сто семьдесят три это нормально!
— Конечно нормально, но сто восемьдесят пять куда круче! Ты в курсе, что кто-то, вроде Геббельс, в свое время ввел ростовые ограничения для приема не то в СС[25], не то тогда еще в СА? — подъебнул Пират.
— Да пошли вы! Зато я люстру головой не задеваю! И вообще, подвяжем. Если Факелу такие нравятся, то я только рад за него.
— Кстати, Пират, ты вроде уезжал куда-то, я тебя два месяца не видел! Где путешествовал? — спросил Факел.
— Да где только не был. У предков отпуск, всю родню объехали. В Москве был, ну, точнее в Подольске, в Питере был, в Смоленске, в Нижнем Новгороде был.
— И как впечатления?
