— Отойди от Дина, — ровно повторил Рой, игнорируя насмешки. Похоже, уступил место Охотнику. Сам он, несмотря на всю выдержку, так спокойно вести себя не смог бы.
— А то что? Выстрелишь? В брата ведь попадёшь!
— Уверена? — Рой повернулся и хладнокровно выстрелил в Арлекина, который подкрадывался к нему со спины. Тот рухнул на пол, схватившись за простреленную ногу, а Рой снова навёл пистолет на Ведьму.
Она не изменилась в лице.
— Меня не волнует жизнь куклы. Сломаешь, сделаю новую. Благо, материала предостаточно. Вот вы, например, вовремя ко мне пришли. Еще год — и куклы из тебя не получилось бы, из взрослых сложно вытаскивать души.
— Заткнись! — рука Роя дернулась, но он заставил себя сосредоточиться.
— Как грубо.
Рой держал Ведьму на прицеле. Та, в свою очередь, не отпускала Дина, для надежности схватив его за горло. Сколько бы длилось это противостояние, неизвестно, но вмешалась третья сторона.
Подвал тряхнуло так, что Рой пошатнулся и упал, а Ведьма отлетела, едва не попав в лапы духу. Меня тоже откинуло, прямиком к капсулам, и я приложилась об одну из них. Дину повезло больше всех — его надежно удерживала цепь.
Очередная встряска — и с потолка посыпались мелкие камушки и штукатурка, а две капсулы не выдержали и упали на пол, разлетелись на осколки. Жидкость оттуда выплеснулась, обдав ноги холодом. На выпавших из капсул существ я старалась не смотреть и не думать, что когда-то была такой же.
— Что происходит?
Из голоса Ведьмы исчезло всё напускное спокойствие. Свет мигал, оборванные провода шипели. Посередине комнаты воздух мерцал и переливался искрами, создавая широкую трещину, знакомую любому ловцу.
— Не может быть. Он обещал, что Прорыв будет в Глуши!
Ведьма уставилась на выползающих из трещины духов и химер, не веря своим глазам. Взвизгнула, когда одно из щупалец духа-кляксы схватило её за лодыжку, и поспешно отступила к стене. Куклы-слуги оставили Роя и присоединились к ней, заслонив собой, чтобы защитить.
Пол пошёл трещинами, а следом раздался такой торжествующий вой, что все — и люди, и твари — повернулись к гигантскому духу, издавшему его. Страж откинул в сторону камень, сломав круг, и выбрался на свободу. Ближе всех был Дин, к нему, самому уязвимому, он и ринулся, горя одним желанием — разорвать и полакомиться свежей кровью.
Времени думать не осталось.
Не знаю, каким образом я смогла двигаться. Не было прежней уверенности и лёгкости в движениях, рука будто поплыла в липкой вязкой жидкости. Но колокольчики всё-таки зазвучали далеко и глухо, отвлекая призрачных тварей, замораживая их «холодом».
Я понятия не имела, сколько потребуется ловцам, чтобы обнаружить точное место Прорыва и собрать группу. Полчаса? Час? Неважно. Нужно было выстоять. Я сосредоточилась на звуках и стала медленно считать про себя, чтобы не сбиться.
Пожалуйста, быстрее! — билась в голове отчаянная мысль. Рука дрожала. В голове стучали отбойные молотки.
Духов в подвале было много, слишком много для одного медиума. Я свою первую мелодию выучила всего пару дней назад, и сыграть её без фальши не получилось. Когда же я заново подхватила мелодию, возвращая ей чистый звук, было поздно. Страж повернулся ко мне со злостью на уродливом лице и, нагнувшись, преодолевая цепи от «холода», почти касаясь ладонями пола, медленно пошёл в моём направлении. Несколько химер-гарпий последовали за ним. Остальные духи застыли, но было видно, что они сопротивляются. Их злобный шёпот не давал мне шанса — стоит прекратить играть, как они бросятся на меня, чтобы уничтожить угрозу.
Шаг, и еще один, и еще. Разделяющее меня и тварей расстояние ничтожно мало.
Я улыбнулась Рою и Дину, стараясь, чтобы моя улыбка не вышла жалкой. Мне не хотелось казаться слабой в глазах тех, кого я любила. Любила, несмотря ни на что.
— Я не кукла. — Я упрямо вздёрнула подбородок, и в этот момент огромная лапа ударила наотмашь, разрывая грудную клетку, ломая кости и погружая во мрак.
…Вдалеке послышался звон колокольчиков.
Рой стремительной походкой шёл по коридору школы, привычно не реагируя на сочувственные взгляды. Ему до чертиков надоело выслушивать соболезнования от незнакомых людей. Все эти притворные вздохи и похлопывания по плечу. Что, кроме слухов, они знали о последнем Прорыве? Как могли горевать о Мэгги, если практически не общались с ней? Первую неделю после похорон братья стоически терпели сочувствие, затем стали огрызаться. Неужели нельзя оставить их в покое?
— Рой, не уделишь минуту? Мы тут с ребятами поспорили насчёт стратегии, интересно твоё мнение, — окликнул его малознакомый парень из чужой десятки.
Конечно, на деле их интересовало мнение Охотника, о котором после Прорыва чуть ли не легенды ходили. Люди склонны преувеличивать, и то, что Рой выбрался из забитого духами подвала на своих двоих, поддерживая полуживого брата, резко подняло его авторитет среди рекрутов.
— Давайте на обеде обсудим. Я сейчас занят, — откликнулся Рой, махнув рукой.
