Призраки дома Блэквуд полностью

Мара слушала, как он наливает чайник на кухне, ставит его на плиту, затем бегом поднимается на второй этаж. Вернулся Нил с одеялами, обогревателем и охапкой одежды. Включив обогреватель прямо у ее ног, он откашлялся:

– У тебя одежда вся промокла, надо переодеться.

– Конечно. – Мара стянула рубашку через голову и не удержалась от озорной улыбки, когда Нил демонстративно уставился в потолок. – И белье тоже?

– Н-нет, этого достаточно. – По-прежнему отводя глаза, он протянул ей сменные вещи и тут же вышел, как только Мара взяла одежду.

Стягивая мокрые джинсы и пытаясь попасть в штанины новых, Мара попыталась разобраться в воспоминаниях прошлой ночи. Все смешалось в одну кучу, беспорядочную и обескураживающую. И только одна ниточка связывала все вместе: ее это ужасно напугало.

Но это просто смешно. Ведь это я должна быть сильной. Это я всегда убиваю самых больших пауков, от которых морщится Нил. Я предлагаю обыскать чердак. И это я год назад сломала нос тому несостоявшемуся грабителю, а потом еще и коленом добавила до кучи. Так почему же в темноте я потеряла голову?

Мара помнила, как стояла под дождем, всерьез обдумывая, не пойти ли до города пешком. Как поклялась, что запрыгнет в машину Нила и попросит увезти ее отсюда при первой же встрече. Помнила, как ее трясло с такой силой, что она даже фонарик толком держать не могла.

Используем любимый способ: посмотрим на все с изрядной долей здравого смысла. В чем мы уверены? Какие есть вероятности?

Единственное, что она знала совершенно точно, так это что привидений не существует. А значит и все, что случилось прошлой ночью, должно иметь какое-то естественное объяснение.

Во-первых, шаги. Странно. Затем кто-то будто бы выпал из окна. Еще более странно. Не могу придумать никакого объяснения, кроме как чужак на чердаке.

Нил вернулся с дымящейся чашкой чая и, вздохнув, тут же отвернулся. Мара обнаружила, что так увлеклась размышлениями, что забыла надеть свитер.

– Ой. – Торопливо закончив переодеваться, Мара позвала: – Можешь поворачиваться.

Нил передал ей чашку, велев выпить, и снова вышел.

Итак, кто-то был на чердаке. И даже может не один. Судя по примятой траве на заднем дворе, туда определенно упало что-то тяжелое. Но как после такого человек мог просто встать и уйти, оставалось загадкой. Разве что его унес сообщник…

Раздался шум, и Мара повернулась в ту сторону: Нил нес охапку обломков от кровати к камину. Положив щепки поменьше на решетку и подсунув под них пару скомканных газет, он поднес к растопке зажженную спичку и отправился за следующей порцией.

Вроде бы чье-то лицо мелькнуло в окне спальни, но этому объяснение у меня есть: так фонарик отразился. Да и пропало лицо так быстро, что в любом случае нельзя знать наверняка. Я обыскала дом и, насколько мне известно, больше тут никого не было.

Мара пила чай маленькими глоточками; ромашковый. Нил еще и свой любимый сорт привез.

Те рыдания – это просто ветер в каминной трубе. Еще, кажется, кресло-качалка вновь раскачивалось, хотя я лично приткнула его к стене. Но скрипеть вполне могла дверь подвала, которая сама собой открылась прямо на моих глазах. Что же до самого подвала… просто не в то время не в том месте, обычное невезение.

Мара так глубоко задумалась, что не сразу заметила, как вернулся Нил, пока он не вложил ей в руки пачку с маршмеллоу.

– Ешь, надо повысить сахар в крови.

– Как здорово! И ты нашел какой-то новый бренд. – Открыв пакетик, Мара начала выбирать розовые зефиринки.

Нил принес еще одеял, несколько накинул ей на плечи, другими укутал ноги, и только потом подошел проверить огонь. Мара запихнула в рот целую горсть сладостей, наблюдая за ним и задумчиво пережевывая.