В дверь их общей комнаты постучались. Кади подождала, может, кто-то другой откроет? Она была уверена, что Андреа дома. Кади уступила ей гостиную для занятий в знак раскаянья. Но стук повторился. Кади поднялась из-за стола и пошла открывать. В коридоре оказался молодой человек с густой каштановой челкой, закрывающей лоб, одетый в светло-голубую рубашку поло и брюки цвета хаки. В руках он держал несколько пластиковых пакетов. Симпатичный, слегка запыхавшийся парень.
– У меня доставка для…. – он глянул на клочок бумаги, – Каденс Арчер. Китайская еда из «Конга», еще горячая.
– Я не заказывала китайскую еду.
– Меня зовут Зак, – парень улыбнулся. – Я второкурсник и пытаюсь попасть в «Феникс». Так что, в своем роде, вынужден делать все, что мне говорят. Сегодня Никос велел принести тебе еду.
Зак сунул ей три пакета.
– Это все мне?
– Он велел взять все вегетарианские блюда в меню.
– Господи, – Кади прикрыла улыбку рукой.
– Скажешь ему, что все горячее? Это в условиях. Я сюда бежал.
Кади пообещала, поблагодарив. Она поставила пакеты на кофейный столик и открыла первый, выпуская восхитительный аромат карри, соуса из черных бобов и лапши ло мейн. У Кади даже потекли слюнки. Но вдруг ее осенило.
Она постучала в дверь спальни Андреа.
– Да? – донесся оттуда тихий голос.
– Привет, я только хотела спросить, вдруг ты голодная.
Андреа приоткрыла дверь:
– А у тебя есть еда?
– Китайская. И у меня ее столько, что хватит на трех таких, как мы. Пожалуйста, присоединяйся.
Андреа, одетая в пурпурный халат, вышла в общую комнату и осторожно изучила содержимое пакетов.
– Ты уверена? – спросила она, уже доставая коробки и палочки.
Вдвоем они расставили тарелки, Андреа уселась на футон.
– Ну, мне нужно дописать реферат. Удачно позаниматься. – Кади с едой вернулась в комнату.
– Можешь поработать тут со мной, – отозвалась Андреа, и Кади оглянулась. – Тут больше места, и приятно, когда есть компания такого же полуночника.
Кади облегченно выдохнула и улыбнулась:
– Хорошо. Тогда я возьму ноутбук.
Только насладившись первым нормальным разговором с Андреа после фиаско с днем рождения и разделив горячие луковые блинчики, потому что холодные они становились несъедобными, Кади написала Никосу:
Поверить не могу, ты прислал мне такую кучу еды?!
Ты сумасшедший и слишком милый. Спасибо!!!
Ответ звякнул секундой позже:
Совершено не за что! Жалел, что пропустил твое прошлое смс, хотел загладить вину.
Глупые претенденты хоть на что-то годятся.
Он был мил.
Что, понравился? Все, он в пролете.
Твоим единственным фаворитом должен быть я.
Кади набрала ответ, помедлив перед отправкой.
Так и есть;)
Фух! Удачи с докладом xx
Кади откинулась назад, прижимая телефон к груди, неспособная сдержать улыбку. Андреа простила или близка к тому, Никос балует. Это было самое большое облегчение за неделю, как раз нужный позитивный толчок, чтобы справиться с работой.
Кади только начала писать второй параграф, как пришло еще одно сообщение:
Ps. Все было горячим??
На следующий день смертельно уставшая Кади сидела в кресле двести седьмой аудитории Севера, ожидая начала семинара профессора Хайнса. Глаза резало от недосыпа, а желудок сводило от переизбытка глутамата натрия и кофеина.
Группа расположилась вокруг большого стола, прямо напротив Кади сидел Алекс. Он выглядел красивым и полным сил, а она придерживалась обеими руками за стол, чтобы сидеть прямо. И все же благодаря чуду перед ней лежала стопка листов законченной работы, хотя о качестве оной приходилось только догадываться. Кади работала всю ночь, доделывая реферат практически в невменяемом состоянии, и проснулась лицом в стол. Нажать кнопку «Печать» – вот и вся проверка, на которую ее хватило этим утром.
Хайнс стремительно вошел в аудиторию, полы пиджака развевались вокруг худощавой фигуры. Не здороваясь, профессор занял место во главе стола и хлопнул в ладоши:
– Рефераты. Хочу видеть рефераты. Сюда их.
Зашуршали белые листы, группа передала ему работы. Кади с радостью избавилась от своей. Профессор Хайнс бормотал благодарности, собирая бумаги. Он стукнул стопкой по столу, выравнивая, и вдруг взвизгнул. Мгновение Хайнс сосредоточенно рассматривал указательный палец, потом сунул его в рот. Потом профессор осознал, что на него смотрит вся группа – а палец-то все еще во рту.
– Больно! – пожаловался он.
Кто-то из студентов засмеялся. Кади его ненавидела.
– Тот, о чью работу я порезался, получит на балл меньше!
И снова подобострастные лицемерные смешки от студентов. Теперь Кади ненавидела их.
– Итак, кто хочет начать обсуждение сегодняшнего домашнего чтения?
В аудитории воцарилась тишина.
