— Том, это ты? — крикнула она, прекрасно зная, что мужа там нет. — Эй? — Она уже почти визжала от ужаса.
Бен оскалил зубы и принялся вертеть головой, словно бы в поисках чего-то. Щелкнув выключателем, Чарли осветила лестницу.
Дз-з-зынь!
Опять этот паровой котел. Прихватив сумку с покупками, она стала карабкаться по ступеням, пытаясь двигаться не слишком медленно, чтобы не выглядеть испуганной, но все же достаточно медленно, чтобы услышать, если…
Если там что-то было?
На лестничной площадке вдоль стен тускло горели бра. Доски пола скрипели, и потолочные балки, казалось, тоже отзывались скрипом, словно старинный деревянный корабль, пробивающийся сквозь шторм.
Все двери были закрыты, и Чарли по очереди зашла в каждую из комнат. Пусто, пусто, пусто. Каждый раз она выключала свет и с вызывающим стуком захлопывала дверь. Проверив быстренько заодно и мансарду — где еще жить привидениям? — она зашла в спальню.
Какое странное чувство: как будто бы чего-то не хватает и в то же время вроде бы стало поаккуратнее, чем обычно. Заглянув также и в ванную при спальне, Чарли вытащила из сумки черный шелковый халат, подошла к туалетному столику и, глядя в зеркало, приложила обновку к себе.
И тут она заметила лежавший на столике конверт, прижатый щеткой для волос. Утром его там не было. Аккуратным почерком Тома на нем было написано лишь одно слово: «Чарли».
Она взяла конверт в руки, и он тут же с легким хлопком выпал из ее трясущихся пальцев обратно на столик. Чарли надорвала его.
Солнечный свет струился в окно, как торжественно пообещал им мистер Бадли, и на какое-то время Чарли почувствовала себя хорошо, на то короткое мгновение, пока вдыхала душистый воздух и прислушивалась к раннему щебетанию птиц. А затем память, дремавшая внутри ее, стала пробуждаться.
В комнате пахло жженой бумагой.
Она села, растерянная, сбитая с толку и вся насквозь потная. И увидела взбитые подушки Тома, его тщательно заправленную постель. И испытала самое настоящее отчаяние.
Не может быть, это ей просто приснилось. Это был дурной сон. А на самом деле все отлично. Муж в ванной, он бреется и чистит зубы.
— Том? — окликнула она.
Ответа не последовало. Почувствовав в руках боль, Чарли вытащила их из-под простыни, чтобы осмотреть. И поразилась: на ладонях, испещренных порезами, засохла грязь. Вокруг одной из ран запеклась кровь. На трех пальцах кожа была ободрана. Еще больше порезов пересекало тыльные стороны ладоней. До чего же больно! И где же это она, интересно, поранилась? Чарли в недоумении наморщила лоб. Неужели Бен ночью набросился на нее? Нет, быть не может. Это дурной сон. Она просто спит. Просто…
Чарли свесила ноги с постели и, ступив на деревянный пол, издала вопль ужаса. Ну просто мистика какая-то! Ступни ее тоже были покрыты засохшей грязью, набившейся между пальцами. А выше, на лодыжках, брызги грязи еще оставались сырыми. Ее ночная рубашка, тоже заляпанная грязью, насквозь промокла и была испещрена полосками крови.
Чарли напрягла память. Она помнила, как вчера вечером сидела за туалетным столиком. А потом — ничего. Пустота.
