Призраки прошлого полностью

Это сотрудничество длилось годы. Были свои горести и радости, были бунтовщики и несогласные, которые быстро отправлялись в Мытищи в качестве «человеческого материала». Загорянка продолжала свое довольно-таки безбедное существование.

Геннадию Львовичу несказанно повезло. Первого января, когда закончилась операция «Теплоцентраль», он наконец-то сбросил с себя часть забот и организовал вылазку в Загорянку, о которой его давно просил Валерий Станиславович. Занятый подготовкой к захвату бункера и проведением экспериментов с пластохиноном, Доктор Менгеле почти два месяца обещал Леушевскому, что вот-вот сумеет выбраться, и первого января, когда просьбы стали уже совсем настойчивыми, отправился в поход.

Интуиция и на этот раз не подвела мужчину, он взял с собой огромный запас медикаментов и несколько своих передовых разработок. Профессора сопровождали три человека, охранявшие его персону и бесценные ампулы.

Геннадий планировал вернуться к вечеру второго числа, но непредвиденные обстоятельства и уговоры Леушевского заставили его задержаться еще на сутки. А в ночь со второго на третье января бункеры военных и Теплоцентраль перестали существовать.

Казалось, сам дьявол охраняет сумасшедшего ученого. Это было потрясающим везением. Доктор Менгеле поселился в Загорянке, а спустя неделю там оказались его дочь и опальный помощник.

– Удивительное совпадение, не правда ли? – генерал Леушевский поставил на стол пустой стакан, пристально посмотрел на Диму.

– Отвратительное, – недовольно бросил юноша. – Вы наверняка знаете, что произошло между мной и Геннадием Львовичем. Вы полагаете, после этого я должен снова стать его помощником?

– Именно так. Обстоятельства складываются не в вашу пользу, товарищ Холодов. Сейчас необходимо отбросить свои принципы. Ритисма Ацеринум мешает нам существовать, к тому же, нам жизненно необходимы капли берсерка, над которыми вели работу лично вы. Также я весьма рад тому факту, что вернулась Алевтина, она прекрасный разведчик и отлично справляется с мутантами, вы трое – наш спасительный тандем, – кивнул генерал.

– Вы рады? – раздраженно повторил Дима. – А где же вы были, когда Доктор Менгеле уводил Алю практически на смерть? Вы – лицемер, Валерий Станиславович. Сотрудничества не будет.

– Будет, – жестко оборвал его Леушевский. – Не согласитесь добровольно – пеняйте на себя.

– Будете меня пытать? – ухмыльнулся молодой ученый. – У Геннадия не очень получилось.

– Вы слишком многое себе позволяете, я могу и разозлиться, – спокойно ответил мужчина, но уголки его губ дернулись от тщательно скрываемой ярости. – Отправляйтесь в кабинет к профессору Вязникову, вас проводят. Разговор окончен.

– Не боитесь обижать химика? – зловеще спросил Дмитрий. – Я ведь могу сделать так, что ни одного человека здесь в живых не останется.

– Вы нарвались, товарищ Холодов. Конвой! В наручники. Глаз не спускать. Всего хорошего, – генерал говорил бесстрастно, но было бы проще, если бы он кричал.

На руках защелкнулись металлические браслеты. Ну вот, история повторяется по кругу, какой-то безумный цикл.

– Демиург спятил, комедия превратилась в драму, – повторил молодой ученый слова Марины Алексеевой.

В коридоре на них оглядывались, смотрели на Диму неодобрительно, как на преступника, в маленьком мирке каждое действие мгновенно обрастает домыслами и пересудами. Они все осуждали. Считали его предателем интересов выживания. Поразительно. Сколько сплетен было пересказано по углам об ужасах бункера в Мытищах, о том, какие страшные вещи творили Доктор Менгеле и его помощник. Но почему-то ни один из этих людей не думал о том, что малейшая ошибка – и каждый может стать жертвой жестоких экспериментов, на которые с таким упорством толкали Дмитрия.