Ашер посоветовал мне оставлять мои ментальные стены всё время наверху, и после того первого дня, я должна была согласиться с ним. Я никогда не смогу себя простить, если причиню одному из них вред. В целях безопасности я избегала случайных прикосновений, а также увиливала от пожатия рук. Пусть лучше меня считают невежливой, чем случится ещё один такой инцидент, как с Эрин.
По вечерам я уходила и тайком разговаривала по телефону с моей семьёй. Деду я говорила, что звоню друзьям в Бруклине, а когда Бен просил поговорить с дедом, я объясняла ему, что его как раз нет дома.
Я обманывала деда о семье в Блеквелл Фоллс, и лгала семье о том, как провожу время с дедом. Кто-то должен был дать мне шарф, на котором большими буквами было бы написано: САМАЯ БОЛЬШАЯ ЛГУНЬЯ В МИРЕ.
Люси точно сразу бы согласилась его сшить. Она меня избегала, как будто я болела ветрянкой. Новости о ней я узнавала только от Лауры и Брендона.
Габриэль напротив начал писать мне властные текстовые сообщения. Я прямо-таки слышала его высокомерный тон, когда читала: ПРИГЛЯДЫВАЙ ЗА МОИМ БРАТОМ! или ДУМАЙ О СВОИХ ТРЕНИРОВКАХ! Обычно я не реагировала на них или посылала ему в ответ: ПОЦЕЛУЙ МЕНЯ В ЗАД!
Единственным человеком, которому я не лгала, был Ашер. Почти каждый вечер мы украдкой встречались, если мне удавалось ускользнуть из дома. Видеться чаще нам не удавалось, из-за боязни, что дедушка может что-то заподозрить. Кроме того, с самого первого вечера в лесу, Ашер все больше смущенно молчал, чем говорил. Если мы вообще о чем-нибудь говорили, то, как правило, о том, что я узнала о других целительницах, живущих в Пацифике.
Спустя несколько недель после моего приезда, дедушка оставил меня у Эрин, так как ему нужно было отлучиться по делам. Алкаис и Делия куда-то незаметно исчезли, так что у меня появилось достаточно времени побыть с Эрин наедине. Мы снова пошли на пляж, остановившись по дороге в кафе, чтобы купить горячий шоколад для нее и Мокка для меня.
Я провела пальцем по взбитым сливкам и поморщилась.
- Как-то необычно пить горячий кофе в июле. По идее, сейчас должно быть так жарко, что асфальт плавится под ногами.
Эрин улыбнулась.
- Такая уж тут местность. Лето не приходит раньше сентября. Жалко, что тебя уже тут не будет. Франк говорил, ты живешь у друзей в Бруклине?
- Да, - соврала я. - С тех пор, как умерла моя мама.
- Мне очень жаль, - ответила она немногословно.
Я кивнула и сделала глоток мокко.
- Могу я тебя кое о чем спросить? Что ты чувствуешь, когда исцеляешь кого-нибудь?
Она наклонила голову, и ее волосы рассыпались по плечам.
- Разве ты не знаешь? У тебя же уже есть опыт!
-Значит, у всех одинаково?
Она подула на какао.
- Конечно, почему нет? Кто-то ранен или болен. Мы собираем всю нашу энергию и дотрагиваемся до человека, чтобы исцелить его. Разлетаются несколько искр, и вот в общем то и все. Ничего больше, - спокойно ответила она.
- Тебе никогда не бывает холодно после этого?
Ашер говорил, что после процесса исцеления я выгляжу так, как будто у меня переохлаждение, прежде всего после таких исцелений, где затрачивается много энергии. У меня становятся синими губы и появляется озноб, которые исчезают после того как я согреваюсь. Насколько я могла заметить, с Делией ничего подобного не происходило.
Эрин убрала за уши волосы и с любопытством посмотрела на меня.
- Неа, а тебе?
Я пожала плечами и промолчала, задумавшись о том, какими разными были наши матери.
Эрин говорила с такой беспечностью о своих целительных способностях. С самого детства они были совершенно естественной частью её самой и ничего такого, что нужно было ненавидеть или бояться. Её мать была противоположностью моей.
- Тебе повезло, Эрин. Что вокруг тебя все эти люди, которые учат тебя всему. У меня такого не было.
Мы добрались до причальной стены, и она держала мой напиток, пока я подтягивалась и садилась на край. Потом я взяла её стакан, и она села рядом со мной. Я всё ещё адски следила за тем, чтобы наши пальцы не прикасались друг к другу. Мы наблюдали за волнами, и по Эрин было заметно, как ей хотелось задать мне множество вопросов. И это не заставило себя долго ждать.
- Твоя мать действительно ничего тебе не рассказывала?
- Нет. Я думаю, она надеялась, что если будет делать вид, будто моих способностей не существует, тогда они исчезнут. - Это правда. Она созналась в этом в записи айпода. - Она не хотела, чтобы это было частью моей жизни. Всегда быть в опасности.
Я повернулась к Эрин.
- Как тебе удаётся жить с постоянной угрозой, исходящей от защитников?
Наморщив лоб, Эрин размышляла над этим.
- Я ведь другого ничего не знаю. Кроме того, мы ведём нашу жизнь, как и все другие. Только более тихо и рассудительно.
- Правда? - спросила я действительно озадаченная. - А что со свиданиями? И поцелуями с ребятами и всё такое?
Эрин покраснела, как помидор.
- Я не могу говорить из собственного опыта, но несмотря на своё существование целительницы, Делия уже всегда наслаждалась жизнью.
Я подняла брови вверх, и Эрин казалось поняла, что только что сказала. Она закрыла рот рукой.
- Я не это имела в виду!
