«Я и в самом деле не знаю, смогу ли я жить в этом теле, и продержусь ли в нём достаточно долго. Одно для меня предельно ясно. Я не умру до той поры, пока не узнаю всю правду о себе. Одно это должно вдохновлять меня на жизнь. Говорят, это помогает».
— Я понимаю, — сказал он вслух.
— Ку-ку! — послышался издалека задорный женский голос.
С разговорами о загадочном мертвеце Агата и Даниил обернулись на него не сразу. К ним, стряхивая снег со шляпы-котелка, бежала миловидная девушка, а «крылья» пальто-инвернесс придавали эффект полёта её походке. Но самым бросающимся в глаза элементом её внешности были короткие изумрудно-зелёные волосы, которые при свете ламп кондитерской отдавали металлическим блеском.
«Каждый мой следующий знакомый страннее предыдущего. А почему я вообще удивляюсь, после того, что со мной сделали?»
— Привет! — Агата встала со стула и крепко обняла Тину за плечи. — Ого, ты всё-таки сделала пирсинг?
— Ага, гляди! — Тина ударила ногтем по кольцу, выступающему из левой ноздри. — И тебе привет, Даня!
— Привет, сестрёнка.
Зеленоволосая дала пять Даниилу, и лишь тогда её внимание привлёк странный парень в грязной одежде.
— Оу… Вы не говорили, что вас будет трое.
— Прости нас, Тина, но наш семейный 5 o'clock, хоть и в час дня, отменяется. Агата нашла клиента себе на голову. Ну, а ты знаешь её безотказность.
— Но ты смотри, Тина! — Агата повернула разговор в иное русло. — Ты сотню раз меня просила посмотреть на то, как я веду расследования, так? Давай тогда…
Дальше Тина явно уже не слушала. Слово «расследования» само по себе рассказало о многом.
— Расследование его дела? — она кивнула на Тимофея. — Отчего бы и нет!
Чувство восторга было чётко написано на лице Тины, которая была готова закричать от счастья, тряся кулачками, и еле сдерживалась в присутствии Тимофея. Только сейчас она разглядела его как следует, и ей стало ужасно стыдно за проявление в его присутствии столь отъявленного позитива.
Этот Тимофей, сколько в нём скорби, сколько… хрупкости?
— Ничего, ничего, нарадуешься ещё. Пойдём тогда с нами, если ты за… Боже, что с тобой?
Ни с того ни с сего Тине стало плохо, и она оперлась о стол, боясь упасть на пол. Даниил вовремя подхватил её под руки и усадил на свободный стул, а Агата бросилась обмахивать её лицо салфетками.
— Тина, Господи, что случилось? — обеспокоенно спросил Даниил, пока его сестра приходила в себя.
— Его лицо… Оно как…
— Неживое, — закончил за неё Тимофей и удручено отвернулся к окну. — Агата, это что, правда, так заметно?
— Когда я наблюдала за тобой через окно, люди откровенно избегали тебя, — с сожалением признала Агата. — Поэтому я даже думаю, что, пока мы не решим твою дальнейшую судьбу, тебе на улицу лучше лишний раз не выходить.
_____________________
(*) В дальнейшем все эпиграфы из англоязычных песен будут даны в виде прозаических переводов на русский. (Прим. автора)
Я всё отдам ради надежды.
О, как я жажду успокаивающего дождя.
О, как я хочу вновь мечтать.
Раз и навсегда, и всё за один раз.
Никто — моё имя навсегда.
Nightwish — Nemo
— Так вы, серьёзно, согласны мне втроём помочь? — спросил Тимофей, переступая порог квартиры Агаты.
— Безусловно, — ответила она. — Помогать — это моя работа. Моё предназначение.
— Ну, тогда расскажи о себе. Я ведь тоже должен понимать, к кому обратился.
— Ага, ты знаешь моё имя, и как я выгляжу, но не знаешь, кто я?
— Честное слово, я помню лишь это. Ну, и ещё то, что ты работаешь с магией.
— Уже неплохо. Ну да ладно. Проходи сюда.
По знаку Агаты Тимофей прошёл в главную комнату квартиры. От комнаты веяло чистотой и уютом как в любом правильном женском мирке. Комод с украшениями и духами, круглое зеркало, висящее над ним на стене, книжные и платяные шкафы, мягкий диван, стол с ноутбуком и безделушками — вот неразлучные атрибуты этого маленького мирка. На бежевых обоях в ромбовых клумбах распускались крошечные белые цветы. У окна отдыхало белое пианино, на котором стояла маленькая вазочка с красной восковой розой и рамка с фотографией… Даниила?
Едва Тимофей обратил на неё внимание, как Агата спешно развернула фоторамку к стене.
— На самом деле я целительница. Не совсем детектив. А ту магию, которой я владею, называют Небесным Пламенем. Я умею источать из себя огонь синего цвета. Он может как защищать, так и убивать. В общем, сам смотри.
Агата развела руки, и в её сжавшихся пальцах загорелся синий огонь, увеличивающийся в размерах с каждым вздохом колдуньи. В точности, как в видениях.
— Проведи над ним ладонью. Чувствуешь? Он холодит. А теперь убери. Так… Проведи ещё раз. Теперь он горячий. Осторожно, не касайся.
— Как ты это делаешь? — ахнул Тимофей.
— Порой я сама этого не понимаю, — засмеялась Агата, загасив пламя. — Это у меня с рождения. А знаешь, что у меня не с рождения?.. Я вижу призраков. Я вижу их как живых. Это одна из причин, почему я почувствовала тебя среди простых людей, а ты откликнулся. От тебя веет энергетикой смерти.
— Я думал, мне померещилось, а это, и правда, некротика, — вставил Даниил.
