— Я так понимаю, что работа у тебя идет успешно. Утвердили?
— Да, такая пьеса пойдет, — она радостно улыбнулась. — Хочу пойти на Хайгейтское кладбище и положить цветы на могилу миссис Хенри Вуд — на счастье.
— Зачем тебе просить счастья, — возразил Малтрэверс, — иди ко мне, моя девочка. — Они обнялись, и он поцеловал ее в лоб. — Когда начинаются репетиции?
— Через пару недель. Премьера в Олдуич второго сентября. Я, может быть, проработаю до Рождества.
— А может быть, и до Нового года. Думаю, нам надо устроить торжественный ужин в каком-нибудь приятном месте. Может быть, в «Бибендум»?
— Согласна, но ланч — дешевле.
— Об этом не волнуйся. Я всегда готов потратить твои деньги.
— Я это заметила, — улыбнулась она. — Ты почти так же ловко их тратишь, как я твои… Так как у тебя все прошло?
— Мне тоже повезло. Мы оказались совершенно правы, — сказал Малтрэверс.
— Дафне действительно причитаются деньги? Сколько?
— Я как раз пытаюсь это выяснить, но, безусловно, немало. Давай выпьем по чашке чая, и я тебе все расскажу.
Тэсс с замиранием сердца слушала Малтрэверса, цитирующего основные параграфы завещаний.
— Боже мой! — воскликнула она. — Я думала, что все неожиданности на этот день закончились для меня в Пэддингтон. Почему же Констанс поставила такое странное условие?
— Не знаю, но, может быть, Дэвид сумеет выяснить и это, а не только размер наследства.
В соседней комнате зазвонил телефон.
— Может быть, это он?
Тэсс ожидала Малтрэверса в течение добрых десяти минут.
— Глава в прозе и стихотворение. — Он помахал в воздухе листком бумаги. — Дэвид разговаривал с адвокатом, которого, оказалось, он встречал на каком-то обеде в своей коллегии. Тот самолично составлял завещание Констанс и все отлично помнит. Ее жениха убили на первой мировой войне, и она так и не вышла замуж. Все ее чувства нашли выход в зарабатывании денег, а она знала толк в бизнесе. Перед смертью у нее было не менее двухсот тысяч фунтов.
— И она все оставила Дафне? Почему?
— Должно быть, та была ловкой интриганкой с юных лет, — ответил Малтрэверс. — Всегда была ласкова с тетушкой Констанс, посылала к дню рождения поздравительные открытки, смазывала сливочным маслом с обеих сторон. И тетушка клюнула.
— Но почему она поставила условие о браке? — спросила Тэсс.
— Если хочешь, можем поиграть в психологов. Может быть, главным огорчением в ее жизни было то, что ей не пришлось завести семью, и она захотела обеспечить это счастье Дафне.
— Но она бы, наверное, и без завещания вышла бы замуж. Зачем этой Констанс понадобилось так ее связывать?
Малтрэверс пожал плечами.
— Поскольку я лишен возможности пообщаться с ней с помощью медиума, остается только строить догадки. Факт тот, что она поставила такое условие, и с ним ничего не поделаешь, оно — абсолютное. Странно, дети, но это так.
— Почему она поставила такое условие, в общем-то неважно, не так ли? — заметила Тэсс. — Но очевидно, что Дафна имела мотив, чтобы убить Кэролин. Сколько же она получит?
— Мне известна только приблизительная сумма, по оценке адвоката. Держись за стул. — Малтрэверс выдержал театральную паузу. — Оставшуюся после Констанс сумму очень разумно разместили во время бума восьмидесятых годов, а потом распродали акции, когда начался подъем на рынке ценных бумаг, когда это было? — в октябре восемьдесят седьмого года. Теперь наследство превышает миллион. За такую сумму убивают даже такие богатые люди, как Тед.
Тэсс тихо присвистнула.
— Вот это да. Но осталась нерешенная проблема. Я заезжала на ланч к Люэлле, и мы коснулись с ней этого вопроса. Как ты думаешь, полиции удастся доказать их вину?
— Я тоже спрашивал себя об этом, — ответил Малтрэверс. — Вся история вызывает серьезные подозрения, но хороший адвокат пробьет в них брешь. У Дафны Джилли была возможность убить и был мотив, который она скрыла. Но это косвенные улики.
— Ты можешь на этой стадии передать информацию полиции, а дальше они сами возьмутся за работу.
— Конечно, но когда я вернулся, на автоответчике было сообщение от Элана Бедфорда, этого детектива из сыскного бюро, — сказал Малтрэверс. — Очевидно, возникло что-то, связанное с Дженни Хилтон.
— Но мы же пришли к выводу, что она не имеет никакого отношения к Кэролин.
— Я знаю. Но я мог бы предложить ему… — он колебался, — сделку. Я дам ему информацию, чтобы он отнес ее в полицию и набрал там дополнительные очки, а он за это расскажет мне, кто ищет Дженни Хилтон. Если он хочет встретиться со мной, то, должно быть, у него возникли новые мысли относительно его клиента и сохранения его анонимности. Стоит попробовать.
— И что ты сделаешь, если он согласится?
— Это зависит от того, кто его клиент. Может быть, история абсолютно невинная, и я стану спать спокойно.
