— Я это говорю именно потому, что ты смог предсказать все мои атаки. Твой Аники научил тебя тем вещам, о которых должен знать лишь тот, кто жил в подполье или же испытал их на себе. Тот факт, что он знает об этих уловках, что способен научить противодействовать им, лишь подтверждает мои подозрения. Его жизнь ничем не отличается от моей.
— Аники… Похож на тебя?
Если задуматься, то Аники часто куда-то уходил по ночам один. А когда возвращался, от него всегда можно было учуять запах крови. Несколько лет назад я кое-что услышал от вора, которого я допрашивал тогда об Аники: что его глаза были как у убийцы, что вокруг него витала такая жажда крови, которую сложно заметить, но невозможно было спрятать.
— Нет никаких сомнений. Хоть ты и говоришь, что не хочешь присоединятся ко мне, но ведь твой Наставник такой же, — снова рассмеялся Доминик. — Бедняжка. Тебе больно от осознания того, что ты был предан тем, кому больше всех доверял?
— Это не имеет значения.
— Ха? — удивился Доминик.
— Я говорю, что это не имеет значения! Кем бы ни был Аники, я…
Верно. Когда попытался убежать из-за своего проклятия, тем, кто смог остановить меня, был Аники. Даже после того, как он узнал, что я проклятое дитя, он просто посмеялся над этим и сказал не задумываться о пустяках. Он был тем, кто ударил меня и заставил увидеть действительность. Ни удары от Дзии-чана, ни ситуации, в которых я был на грани жизни и смерти не отдавались такой болью, которую я испытал от удара Аники в тот вечер, а затем приглядывал за нами с Нээ-чан.
Кем бы он ни был, я…
— Я решил следовать за ним до конца своей жизни! Все остальное не имеет для меня значения!
— Хех, какой стойкий парнишка. Ни секунды не колебался, — огорченно вздохнул Доминик, услышав мой ответ.
— Так ты просто проверял меня?
— Я был наполовину серьезен. И мне правда жаль, что мне придется лишить тебя жизни.
— Это неважно. Я собираюсь победить тебя, после чего меня Аники определенно похвалит.
— Это невозможно. Разумеется, твое фехтование намного лучше моего, но я развивался не только в нем для достижения победы.
Доминик снова что-то вытащил из своего кармана, и рядом с ним образовалось множество пламенных копий, после чего они все полетели к крыше и взорвались в одной точке. Оглушительный взрыв разнесся по всей арене, из-за чего множество битв приостановились. Вскоре после этого все снова возобновилось, будто и вовсе ничего не подрывали.
В его руках находился волшебный камень. Я видел, как Аники использует один из них, поэтому сразу узнал его. Похоже, что в него вложили заклинание [Пламенного копья].
— Почему ты не воспользовался им против меня? — спросил я его, глядя на камень в его руках.
— Это нужно для сигнала, а не для атаки. Теперь все наемники услышали этот взрыв и вернуться сюда в качестве подкрепления.
— Что?!
— Хотя, скорее всего, я слишком долго тянул с этим. Как теперь ты запоешь, когда будешь защищаться от нападений с разных сторон? Более того… Эй! — обратился Доминик к одному из своих подчиненных.
— Да!
Доминик попросил бросить в центр арены еще одним камень. На месте, где разбился волшебный камень, активировалась огромная магическая печать, а из его круга появился голем. Вот только он был намного больше прежних.
— Этот громадный голем вступил в схватку. Как поступишь теперь? — заулыбался Доминик.
Хреново. Не пошатнет ли боевой дух учеников, если я атакую такого голема? Кроме того, если придут еще и другие наемники, то…
— Нээ-чан! Сделай что-нибудь с этим големом, — крикнул я, повернувшись к арене.
— Просто сдохни, глупый звереныш! — огрызнулся Доминик.
— Поскольку Северус-сама не позволяет мне, я не могу умереть!
— Эмилия, ребята на правом фланге сдают позиции! — предупредила ее Риз.
Похоже она не сможет мне помочь. Прямо сейчас Нээ-чан и Риз-ане слишком заняты прикрытием учеников, а также обороной от людей Грегори. Наши шансы на победу стремительно падали.
— Тогда мне придется сперва одолеть тебя! — крикнул я Доминику.
Ради того, чтобы быстро одолеть его, я воспользовался [Усилением] и побежал в его сторону. Моя скорость значительно увеличилась, что явно застало его врасплох, но он все еще умудрялся как-то защищаться. Видимо, это результат его боевых инстинктов.
Я собирался атаковать иначе, чтобы мой меч окончательно не сломался, но я слишком поздно это осознал. Насколько же я оказался нетерпеливым со своей последней атакой. [Усиление] увеличивает не только мою скорость, но и силу. Моя нынешняя сила во много раз превосходит мою собственную, поэтому даже легкие атаки теперь создавали огромную нагрузку на этот клинок.
— Черт! — слегка запаниковал я.
— Ну ты все еще молод. Тебе не хватает опыта на полях битвы, — произнес Доминик, слегка покачав своей головой.
Я был беззащитен, но он даже не пытался как-либо воспользоваться случаем и атаковать меня. Казалось, что он просто наслаждался сложившейся ситуацией.
Если бы у меня был мой меч, то я с легкостью одолел бы его и этих дурацких големов. Я бы не получил даже царапины в этих бесчисленных поединках. Отсутствие надежного меча очень огорчает.
