Проклятье. Я, конечно, был готов к этому, но его клинок намного лучше того, что я держу в руках. Если я продолжу обмениваться ударами, то он сломается.
Я собирался застать его врасплох и обрушить на него свой [Пламенный кулак], но прежде, чем я атаковал, лидер наемников опустил свой меч на плечо и издал громкий смех:
— Забавно. Из всех мест, где я мог повстречать такого парня, ты оказался именно в этой школе. Выкрасть моего нанимателя в самое непростое место… Я тут точно не буду скучать! — расхохотался лидер наемников.
— Тебе некогда расслабляться, ведь я сокрушу тебя! — я приготовился нанести следующий удар.
— Прекрасно! Эти слова пропитаны твоей уверенностью в собственных силах. Не мог бы ты представиться мне?
— «Невежливо спрашивать чье-то имя, если не представился сам» — Так говорит Аники.
— Вот как? Я главарь корпорации наемников «Гиганты», зовут меня Доминик, — слегка поклонился мне Доминик.
— А я лучший ученик Аники, Реус!
Наступая, я решил воспользоваться приемом [Сильная атака. Стиль Одноручного Меча. Пробивающий удар]. Этот прием не предназначен для меча, которым я сейчас пользуюсь, но думаю, что все будет в порядке.
Доминик отпрыгнул, чтобы увернуться от удара. Теперь, когда он был над землей, он не мог никуда увернуться. Я сделал выпад в его сторону своим [Пламенным кулаком].
— Ха-ха! Великолепно! Ты нисколько не колебался для атаки! Ты мне нравишься все больше и больше! — восхищался моим маневром Доминик.
Пока я все еще находился над ним, он бросил нож в мое лицо. Мне пришлось воспользоваться ударной волной, чтобы предотвратить попадание ножа. Без какой-либо задержки, он тут же кинул в меня еще один.
— Теперь мой черед! — произнес Доминик.
Теперь инициатива была за ним, но если я продолжу защищаться с этим мечом, то он скоро сломается. Так что я решил воспользоваться техникой, которой постоянно пользуется Аники: в определенный момент при помощи меча я перенаправлял атаку от себя. Нужно было слегка приноровиться, но благодаря этому на мой клинок значительно уменьшается нагрузка. Я буду продолжать применять эту технику против него до тех пор, пока он вновь не попытается изменить тактику боя.
— Ух ты, а твои навыки мечника тоже хороши! Но что насчет этого?!
Я думал, что он попытается воспользоваться возможностью и отступит, но он достал какой-то мешочек из кармана и бросил его передо мной.
Я уж чуть было не разрезал его, но затем я вспомнил наши тренировки с Аники и уклонился. Как только он пролетел мимо меня, я вновь встал в стойку и приготовился последовать за ним, но он просто стоял. Доминик с удивленным лицом начал хлопать в ладоши:
— Ты разумно поступил! Знаешь, большинство парней обычно паникуют и разрезают его своим же оружием.
— Аники предупреждал меня о таких вещах. Он сказал, что в таких сумках много чего может быть спрятано. Там наверняка парализующий порошок или яд. Также он предупредил меня, что у противника в одежде могут быть припрятаны ножи, ну, или какой-нибудь колющий предмет, который выдвигается при помощи устройства на запястье.
— Ты осведомлен даже о таких вещах? Этот твой «Аники» твой наставник или вроде того? — спросил он меня.
— Верно. Он тот, кто научил меня всему!
Из сражения с ним я понял, что он гораздо слабее по сравнению с братцем или Дзии-чаном, и, возможно, что я его даже превосхожу по чистой силе или навыкам мечника. Доказательством тому служит тот факт, что я бьюсь с ним практически на равных, при этом используя ненадежный меч. И все же с ним трудно справиться.
Он отступает шаг за шагом, когда я подбираюсь ближе, и, если я попытаюсь преследовать его, то он кидает в меня ножи или использует грязный трюк, на подобии того маленького мешочка. Тут сказывается разница в нашем опыте, нежели в возрасте.
Когда я замешкался, Доминик вложил свой меч в ножны и поднял руки вверх:
— Эй… Ты говорил, что тебя зовут Реус, да? Не хотел бы ты присоединится к нам? — предложил он мне.
— О чем это ты?
— Было бы настоящим кощунством убить такого талантливого паренька. Поскольку мы все живем в подполье, нас не беспокоят расовые принадлежности. У нас есть множество союзников среди зверолюдей. Тебе не нужно переживать о дискриминации или о том, кто ты есть.
— Так ведь твой наниматель планирует уничтожить и изгнать всех зверолюдей.
— Награда за эту миссию довольно солидная. Тем не менее, если говорить на чистоту, то я к ним не испытываю никакой симпатии. Я собирался забрать награду и свалить, как только спадет барьер.
— Так ты все-таки злодей? Я не собираюсь присоединяться к людям, вроде тебя.
— Злодей? Ты серьезно? — расхохотался во все горло Доминик.
Почему меня раздражал его смех в этот раз? Если это не так, то почему ты выставил все в таком свете?
— Разве твой Аники не из того же мира, что и мы? — сказал он, когда перестал смеяться.
— Ха-а? Что за бред? Я никогда не видел, чтобы он занимался подобными вещами. Не пытайся меня одурачить.
