Когда он впился взглядом в меня с ненавистью, горящей в его глазах, я взял меч у Доминика, который уже лежал без движения рядом.
Меч был довольно тяжелым, но я не беспокоился, так как мне не нужно было им размахивать в стороны:
— Хорошо! Тогда... если у тебя есть последняя просьба, произнеси ее сейчас, — я нацелил на него меч.
— Подожди! За что ты меня так ненавидишь? Лично я никогда не пытался убить тебя! — попытался оправдаться передо мной Грегори.
— Все совсем не так. Ты делал все, чтобы хоть как-то навредить мне, но это не причина моей ненависти. Ты сделал совершенно другие вещи, чтобы испытать мой гнев.
— Есть кое-кто, кто управляет революцией! Я всего лишь представитель!
— Нет, это совершенно меня не волнует. Заткнись и слушай меня. Ты тот, кто нанял «Свежую кровь Дракона» в лабиринт? Я уже знаю это. Так что ты, если солжешь мне, лишишься своей жизни моментально.
— А-а?! А-А-А, это я их нанял! Тем не менее, я не могу сказать ничего большего!
— Вот почему ты мне не нравишься.
Правильно, лично меня не волнует их революция. У каждого человека разные идеи и убеждения, и я видел более убедительные разногласия в моей прошлой жизни.
Моя ненависть к этому подонку существует только по одной причине...
— Ты нанял их и пригласил в лабиринт, из-за чего мои ученики чуть не погибли. В отместку я избавлюсь от тебя.
— Что-о?! Из-за этого ты решил убить меня?! — запаниковал Грегори.
— Я не прощу себя, если ты будешь жить. Когда я увидел слезы на глазах моих учеников, я поклялся себе, что заставлю тебя страдать.
— Я ничего не сделал!
— Разве ты не понял, что стал убийцей, когда нанял их в лабиринт? Слабо вериться в то, что ты этого не делал. И даже если ты говоришь правду, то это все равно не имеет значения. Я не смогу спокойно спать, пока не убью тебя.
— Я пытался остановить их! Они не будут… А-а-агкх…
Я все больше раздражался его оправданиями, поэтому я ударил кулаком в его лицо, чтобы он замолчал. Удар был не особо сильным, но все же я рассек ему губу.
Вероятно, он планировал так же использовать «Свежую кровь Дракона» в этой революции, как он использовал Доминика, однако этой гильдии больше не существовало.
Из-за его безумных и бесчисленных действиях, простолюдины и слуги стали бесполезными и ненужными жертвами в этой революции.
— Я собирался оставить твой приговор Родвеллу, но ты попался прямо мне в руки. Ты совершил преступление, почти убив моих учеников...Эх, должен ли я заставить тебя извиняться за это?
— Ху, мва-ха-ха-ха... Я отказываюсь! Лучше бы ты был мертв!
Грегори вытащил нож из-за пазухи, и двинулся в мою сторону, наставляя его на меня.
Он привык сражаться с помощью магии, так что сил ему для этой атаки не хватало. Схватить его за руку, выбить нож; этого было достаточно, чтобы остановить его жалкую попытку.
Я сломал ему несколько пальцев в качестве урока:
— А-а-а?! Давай, сделай это! — прокричал он мне за спину.
Я оглянулся и увидел, как тлеющее тело Доминика приближается ко мне. Ему было невозможно выжить после горения, но он просто тащился вперед. На ощупь он смог найти меня, и с клинком во рту он повернулся ко мне. Но... Доминик внезапно остановился:
— Ч-что ты делаешь?! Убить этого бездаря, быстро! — кричал ему в след Грегори.
— Это бесполезно, — сказал я.
Я слегка коснулся его же мечом Доминик, и он наклонился вперед, упав на землю. Голова его все же продолжала двигаться, и она проползла между мной и Грегори:
— А-а?! К-когда ты...
— Нет способа остановить тех, кто употребил Жизненный импульс, не оторвав голову от тела. Хорошо, что он не чувствовал боли, — ответил я.
Человек, который не чувствует боли, действительно хлопотный соперник, но он не бессмертен. В конце концов, тело не может функционировать без головного мозга; он не являлся каким-то книжным персонажем, способным существовать без головы или регенерироваться по своему усмотрению.
Как только я удостоверился, что Доминик действительно мертв, я развязал [Веревки] с его тела, которые тайно обвязал вокруг него. [Веревку], которую я использовал в этот раз, была особенно тонкой, почти невидимой и чрезвычайно смертельной. Поскольку я разместил ее на уровне шеи, мне не нужно было делать никаких усилий, чтобы человек сам себя прикончил, просто двигаясь.
— Не волнуйся, ты закончишь не как он. Ты умрешь без каких-либо потерянных конечностей, — сказал я разочарованному Грегори.
— А-а... А-А-А... Прекрати... Если бы я не дискриминировал зверолюдей, то…
Ты действительно думаешь, что сложившаяся ситуация пошла бы иначе, если бы ты этого не делал? Я достаточно тебя наслушался, так что давай покончим с этим:
— Твой отец был убит собственными рабами. Его безответственность была причиной его смерти. Но вместо того, чтобы понять это, ты решил следовать по его стопам.
— Ты монстр! Нет, хуже. Ты демон! Ты демон в человеческом обличии! — с ужасом в глазах смотрел на меня Грегори.
— Спасибо. Меня так же называли «Богом смерти» в прошлом, поэтому твои обзывательства даже не бесят меня. Хотя, должен ли я выполнять твою просьбу?
