— Волновалась за неё? — он решил не думать об этом сейчас, вернуться позднее.
— Да, — снова робко ответила девушка.
— Я, как погляжу, у вас тут творилось что-то невообразимое?
— Да.
— Тяжело было?
— Да, — снова сказала Милена и он рассмеялся.
Девушка попыталась вывернуться и закрыться, но он не дал.
— Роар? Что ты делаешь? — прошептала она, словно в забытье уставившись в его глаза.
— Смотрю на тебя, — ответил митар.
После слов Хэлы он не то, чтобы посмотрел на Милену по-другому, просто внутри что-то изменилось. Хотя не сказала ему чёрная ведьма ничего этакого. Не пугало его то, что девушка была “пустой книгой”.
В нём были совершенно другие страхи — он боялся всё испортить. Боялся навредить. Боялся сделать хуже. И до разговора с чёрной ведьмой, а теперь вот всё усугубилось. Написанного не исправить.
— Это смущает, — проговорила Милена, но Роар уже перешёл в наступление.
Если надо изучать, то он будет изучать. А уж времени у него много. По крайней мере Роар верил в это и сделает всё, чтобы это было именно так.
Слабый протест белой ведьмы против его поцелуев сменился тяжелеющим дыханием, пропавшим голосом и наконец она потерялась в нём. Стала податливой и мягкой.
Что до позы… ещё когда шёл обратно, всё думал о том, что это же было слишком очевидным началом.
Знатные, воспитанные девицы всегда трепетно относились к этой части близости. Ровно так же как и наложницы. Особенно те, кто верил в спасение души и постоянно ходили к эйолу.
Почему Роар вообще избрал такой понятный для себя путь? Но с другой стороны Милена же молчала. Но, рваш, она бы наверное никогда не призналась в том, что можно или нужно иначе.
В голову полезли бестолковые мысли о том, а как Рэтар с Хэлой справились?
Хотя — уж чёрная ведьма наверное не станет молчать и терпеть, если что не по ней. А тан был намного более внимательным человеком, чтобы не заметить, что что-то не так. Но и Роар же заметил. Просто не понял что не так, а спросить — да, проще было поговорить с самим собой или богами, чем с Миленой. На это тоже надо время.
Но она менялась, становилась другой. Значит и с этим можно справиться.
Развернув Милену к себе лицом, он увидел невероятное удивление в её взгляде. Словно сделал что-то очень странное.
Вот же — загнал себя и её по углам. Теперь уж своего не упустит…
Её дрожащее в его руках тело было бесценным даром для него. В этот раз невыносимо сильно и от её красоты было так не по себе. Будто это запрещено уже просто, потому что это есть.
Прикасаться нельзя, целовать нельзя, близость нельзя.
— Я люблю тебя, маленькая, — прошептал Роар ей в взмокшие волосы, когда крепко прижимал к себе, ожидая пока она успокоится после содрогания блага Анат.
Милена на мгновение кажется перестала дышать, потом вцепилась в него со всей своей силой:
— Я тоже очень тебя люблю, — прошептала она ему в шею и из глаз её полились слёзы.
Как так получилось? Да и имеет ли это хоть какое-то значение?
— Что ты делаешь? — прошептала сонным голосом Милена.
Когда она уснула, Роар решил дописать отчёт для Рэтара о происходившем в Хар-Хаган. Сон не шёл, а изводить себя пустыми мыслями было абсолютно бесполезно и он решил потратить время с пользой.
— Пишу отчёт для ферана, — ответил митар.
Ведьма нахмурилась и посмотрела в окно.
— Ты не спал? Уже утро?
— Да, не мог уснуть, и уже утро, — кивнул он, дописывая.
Кажется она потянулась, потом села и нахмурившись стала искать что-то глазами.
— Что случилось? — спросил Роар.
— Ну, я ищу свои вещи — рубашку, платье, — ответила она.
— Зачем? — поинтересовался митар.
— Уже утро, — кивнула Милена.
— И? — его невероятно веселило её смущение и озадаченность.
— Ну, мне нужно идти? — нахмурилась девушка.
— Зачем?
— Роар, перестань! — воскликнула Милена и слегка надулась.
Митар улыбнулся.
— У тебя дела?
— Нет, — мотнула головой ведьма. — Просто я не должна быть здесь. И меня могут искать. Или, ммм, тебе надо отдохнуть, а я мешаю.
Роар подавился смехом.
— Ты невозможно очаровательна сейчас, знаешь? — проговорил митар, а Милена вздохнула и обреченно склонила голову. — Тебе не надо никуда идти. Если тебя потеряют — сообщат ферану, а Хэла скажет ему, где ты. Всё, вопрос закрыт. К тому же ты была здесь, когда я вернулся.
Она закивала:
— Прости, — повинилась девушка. — Я очень скучала и мне было здесь спокойно.
Роар мотнул головой, встал и подошёл к ней.
— Можешь быть здесь сколько хочешь и когда хочешь, маленькая, — он забрался к ней под укрывало. — Тёплая.
— Хорошо? — улыбнулась она.
— А то, — мотнул головой Роар и притянул её к себе.
— Ты неугомонный, — буркнула белая ведьма.
— Да.
После близости Роар притянул Милену к себе и закрыл глаза:
— И не вздумай никуда уходить, светок, — прошептал он ей в щёку. — Поняла?
Милена угукнула ему в плечо и улыбнулась.
Никто не трогал его две мирты. Мита присылала еду и больше и не надо было ничего. Потому что вот это тихое счастье с Миленой было его личным божественным даром.
Белая ведьма рассказала о том, что творилось пока его не было и этого было больше, чем предостаточно. Роар искренне порадовался, что его тут не было.
