Мысль о подземном ходе отнюдь не выглядела фантастичной. Дело в том, что метрах в пятидесяти от шоссе, именно на той стороне, где «Паганэль» должен был заложить тайник «Сорок», начинался густой лес.
Решено — сделано.
От леса к Приморскому шоссе рабочие «Ленметростроя» прорыли таких размеров тоннель, что по нему можно было ездить на легковом автомобиле, и оборудовали его средствами связи. Заканчивался туннель прямо на насыпи Приморского шоссе лазом, замаскированным дерном.
Такой же тоннель был возведен и в Ярославском пограничном учебном центре, где и проводилась подготовка бойцов «Альфы» к операции по захвату американского разведчика.
В лесу был оборудован командный пункт (КП) с перископами, с помощью которых можно было вести наблюдение и за воротами дипломатической дачи, и за объектом «Сорок».
Вслед за выездом Аугустенборга с дачи «альфовцы» должны были покинуть КП и по подземному ходу достичь лаза на насыпи. При появлении американского разведчика у тайника группе захвата по телефону следовала команда: «Захват!»
По телефону? Да! Ибо, как и предполагал генерал Красильников, в машине Аугустенборга «альфовцы» обнаружили рацию, настроенную на частоты, которыми пользовалась для переговоров «наружка». Зафиксируй разведчик повышенное возмущение эфира перед выемкой тайника, он попросту отказался бы от акции.
Все работы по выемке и вывозу грунта велись ночью, чтобы не привлекать внимания дипломатов и членов их семей, курсировавших между Зеленогорском и Ленинградом. А чтобы кому-нибудь из иностранцев не пришло в голову отправиться в лесок по грибы-ягоды, в нескольких ленинградских газетах появились публикации под заголовком «Эхо войны», в которых подробно сообщалось об обнаружении в лесах вокруг Зеленогорска мин и снарядов. На них якобы уже подорвалось несколько заблудившихся коров…
По многу раз в день «альфовцы» разыгрывали одну и ту же мизансцену: имитировали приезд американца и его захват. На все отводились считаные секунды. Тренировались до седьмого пота в дождь, грязь, днем и ночью.
Долго не удавался прием, когда в доли секунды бойцы должны были оказаться по разные стороны автомобиля. Пришлось применять акробатический трюк и в прыжке перелетать через корпус «мерседеса», чтобы вовремя очутиться на противоположной стороне, у дверцы водителя, на случай, если ему удастся в одно касание изъять тайник и оказаться за рулем.
Немало времени потратили и на отработку взаимодействия с бензовозами, которые должны были блокировать автомобиль резидента, не дав ему сбежать с места преступления.
Аугустенборг внес в разработанную «альфовцами» схему неожиданные коррективы, так что перестроение пришлось делать на марше, но ничего, справились…
Вскоре господин Лон Дэвид фон Аугустенборг был объявлен персоной non grata и вместе с семьей покинул пределы СССР.
Через двадцать шесть лет Андропов наконец получил сатисфакцию за спровоцированный Дэвидом фон Аугустенборгом досрочный отзыв с должности Чрезвычайного и Полномочного посла СССР в Венгрии, а его сын, не ведая того, заплатил по долгам отца…
1984 год. Так называемая «психологическая война», которую Соединенные Штаты вели против Советского Союза, в разгаре. Правда, в то время война эта в советских СМИ называлась «идеологическими диверсиями», что, по сути, одно и то же: количество переходило в качество, и отдельные, но многочисленные идеологические диверсии превращались в полновесную войну. Основной удар наносило Центральное разведывательное управление, так как для ведения «психологической войны» было привлечено 90 % людских ресурсов и бюджета этого монстра.
В одном из директивных актов ЦРУ о «психологической войне» отмечалось:
«Координация и использование всех средств, включая прежде всего моральные и информационные, при помощи которых уничтожается воля врага к победе, подрываются его политические и экономические возможности для этого; враг лишается поддержки, помощи и симпатий его союзников, нейтралов и собственного населения; приобретается и увеличивается поддержка, помощь и симпатий нейтралов и «пятой колонны» в лице диссидентов внутри враждебного государства».
Совокупность всех методов ведения «психологической войны» предполагала подрыв государственного строя Советского Союза и в конечном счете его свержение.
Западногерманский Франкфурт-на-Майне был одним из центров, откуда ЦРУ координировало ход «психологической войны» в Восточной Европе. Этот город, кроме прочего, был средоточием отщепенцев всех мастей из СССР, кто предал свой народ во время Великой Отечественной войны.
Навязчивая идея — как бы более навредить Советской власти — ни на минуту не оставляла пожилого горского эмигранта второй волны Азашикова Толика. Особую остроту она приобретала во время вечерних посиделок во франкфуртском гаштете под названием «Ностальжи», что в переводе на русский означает «тоска по родине».
Азашиков всю свою долгую жизнь был вассалом, служа разным хозяевам.
