Восторг и страх в одном флаконе, когда по венам словно кипяток струится, встречный поток воздуха раздувает рот, и давит на глаза, а все это время навстречу, неумолимо надвигается расширяющаяся твердь океана. Почему твердь? А с такой высоты, что об воду, что об бетон — один хрен, всмятку! И вот, когда до поверхности остаётся около сотни метров, экстренно призванный доспех обволакивает тело, гасит инерцию, и ты останавливаешься перед самой водой, забыв все слова и тяжело дыша. Божественно.
Тренировка с сестрой тоже прошла неплохо, наадреналиненный организм держался бодро, позволив значительно улучшить показатели. И хотя до её уровня еще было пилить и пилить, но такого урона самолюбию, как прошлый раз, не наблюдалось. Что характерно, про вчерашнее она не проронила ни слова, я же не стал настаивать.
По возвращении обнаружилось, что французское дарование всё еще сладко спит. Полюбовавшись на безмятежную соню, привожу себя в надлежащий вид и, прихватив из холодильника несколько пачек фруктового желе, сигаю с балкона. Пока оставалось время — загляну-ка я к Хоки-тян.
Утренний госпиталь встретил тишиной и стерильностью. Поприветствовав чуть сонных девушек из регистратуры, в одно дыхание забегаю на нужный этаж и вот они — знакомые мне двери.
— Шинононо проснулась? — Уточняю у дежурящей в коридоре медсестры, неодобрительно поглядевшей на меня с козьим прищуром.
— Да, но я бы не рекомендовала вам…
Выставив руку в отрицательном жесте, перебиваю на середине.
— Разрешение на посещение дала сама Изабелла-сан. И я не думаю, что её компетенция ниже вашей, уважаемая, — после чего, вежливо кивнув, вхожу в помещение.
Бодрствующая Хоки, неподвижно глядящая в окно, вальяжно обернулась на звук шагов, за следующую секунду продемонстрировав мгновенную смену выражений скуки, узнавания и радости.
— Ичика! Это ты!! — звонко воскликнула она, принимая сидячее положение.
В два шага одолеваю разделяющее нас расстояние и, сплетясь в объятьях, мы становимся единым целым.
Слова не нужны, все понятно и так. Но стискивая объект своих восторгов, меня настигает понимание, что потеряй я её тогда и ничто бы не спасло немку от расправы. А потом я бы прилетел к Лауре на родину и предъявил бы её создателям счёт, в котором заставил бы расписаться кровью. Ластящаяся девушка находит мои губы, и вот мы уже целуемся, будто последний раз. Надо бы остановиться, а то неровен час…
— Кхм, кхм, я вам не помешаю? — ироничный вопрос прилетел от двери, чье открытие мы оба проворонили (хорошие тут петли, тихие).
Оттолкнувшая меня Шинононо тут же покраснела и показательно сосредоточилась на принесённом гостинце, я же неторопливо (как и полагается наглым и самоуверенным нахалам), повернулся на звук.
— Здравствуйте, Изабелла-сан, — с вежливым наклоном головы, приветствую стоящую в дверях женщину. Позади неё маячила довольная физиономия коридорной сестры, чья уведомительная деятельность не оставляла сомнений.
— И вам не хворать, Ичика-сан, — смеясь одними глазами, в тон отвечает она. — Рановато вы пришли, не находите?
— Мы же с вами договаривались, что сегодня можно, вот я и решил проведать с утра пораньше, поддержать, так сказать, морально. Заодно и гостинцев подкинуть (не переставая жевать, Хоки утвердительно кивнула) не помешает.
Войдя в комнату, Белла закрыла дверь за собой, отсекая любопытствующую ябеду.
— А тот поцелуй, он относится к поддержке или к гостинцам? — встав напротив меня, блондинистая красавица буквально светилась добродушным ехидством.
— Это, смотря с какой позиции рассматривать, но я уверяю вас, дальше этого мы бы не зашли.
— Ну-ну, — скептически прилетело в ответ, после чего доктор занялась пациенткой. Удостоверившись, что самочувствие, температура и показатели приборов в норме, она что-то черканула себе в планшет, и, посоветовав нам «не увлекаться», вышла.
— Ты кушай, кушай, — напомнил я девушке. — Тут таким не кормят, хотя в остальном, просто высший класс.
— Вот только уколов многовато.
— Ну, тут уж ничего не поделать, пострадала — терпи! И вообще, лучше уж так, чем самолечение народными средствами.
— Ты неправ! — С жаром возразила Хоки. — Проверенные веками рецепты зачастую не имеют современных аналогов!!
«Ага, конечно: Кипяченая моча против скальпеля врача!» — Внутренне расхохотался я, вспомнив недавний слоган от поклонников самозваного гуру неклассической медицины, чья популярность на земле северного соседа просто не поддавалась логическому объяснения. Вслух же заметил:
— Каждому своё, но лично меня не вдохновляет сменить современную фармацевтику настоями из трав и кореньев. Или даже чем-то более… органическим.
Но разохотившаяся до угощений больная лишь что-то пробурчала с несогласным видом, а сама продолжила орудовать ложкой. Молча улыбаясь, я стоял и смотрел. Часы на стене, отмерив нам недолгие минуты, дали понять, что уже пора.
— Ладно, ты поправляйся, а я как смогу, загляну. — И глядя, как грустнеет личико возлюбленной, добавил. — Принесу тебе всякого, что вкусно, но вредно!
Наградив меня легкой улыбкой, Хоки кивнула и показала язык.
