Сириус брезгливо скривился, заметив плесень, покрывающую то, что осталось от стен. Да, дом на площади Гриммо просто центр чистоты, по сравнению с данным местом. Рассеянно отметив, что все познается в сравнении, Сириус попытался припомнить точную формулировку одного заклинания.
Он всегда любил трансфигурацию. А после освоения анимагии, он не мог не увлечься этой наукой всерьез. Это было интересно! Познавать и открывать что-то новое и неизведанное никем было еще интереснее. Он экспериментировал с разными веществами, материалами и просто с воздухом. Но самым увлекательным было время. Мог ли хоть кто-нибудь трансфигурировать время. Трансфигурировать то, что не осязаемо, что никто не способен увидеть, учуять, почувствовать. Что можно лишь измерить принятыми всеми единицами. Секунды, минуты, часы, дни, недели, месяцы и годы. Всем этим можно измерить время. Именно когда он учился на седьмом курсе, стало известно об изобретении такого хитроумного устройства как Маховик Времени. И это спровоцировало научный прорыв. Ученые начали всерьез заниматься изучением времени и всего, что с ним связанно.
Конечно, Мародеры не ученые. Но и они подверглись влиянию происходящего. В особенности Сириус. И ему удалось добиться потрясающего успеха, о котором он, конечно же, не рассказал никому, за исключением друзей и Мелоди. Что ему стоило трансфигурировать настоящее в прошлое? Особенно с учетом того, что тогда он не видел ограничения своим способностям и был слишком самоуверен.
— Turn praesens in praeteritum, * — прошептал Сириус.
Он нарисовал кончиком волшебной палочки круг против часовой стрелки. Вокруг него все стало мутным и расплывчатым. Сириус вывел в воздухе цифры: 03.1980. Почему март именно этого года, Сириус не мог бы объяснить точно. Но раз на этом строении было проклятие рода Лестрейндж, то его должен был наложить на дом кто-то, входящий в род. А Снейп упоминал, что в начале марта того года Беллатриса выполняла какое-то задание Темного Лорда. В любом случае, он потеряет только силы, проверив этот месяц.
Несколько дней здесь ничего не происходило. Сириус находился в более целой, но не менее жалкой хибаре. Всюду была грязь, даже кровь. Хорошо, что просматривая прошлое, можно перематывать время вперед. Такого эффекта помогла добиться Мелоди, познакомив его с магловским изобретением под названием телевизор. Иногда ему было интересно, сколько бы он мог получить за изобретение этого заклинания. Но у него совсем нет желания делиться всеми своими изобретениями с этим неблагодарным миром.
— А, Белла, рад тебя видеть, — воскликнул Сириус, когда в хижину вошла его кузина.
Беллатриса была в своем неизменном черном платье и корсете. Сириус удовлетворенно отметил, что это тот самый корсет, который он прислал ей в тот же год, когда побывал в ее шкуре. Подарил ей на день рожденье. Он-то думал, она сожгла его подарок.
Женщина прошла мимо него и с нескрываемым отвращением осмотрела место, в котором оказалась. Кажется, она не в восторге от всего этого.
— Побыстрее, Белла, — поторопил ее холодный голос снаружи.
— О, так ты здесь вместе с Лордом, — воскликнул Сириус, продолжая стоять на месте.
Беллатриса скривилась, услышав голос. Подошла к чему-то, что должно было являться комодом и выдвинула нижний ящик. Убрала в него шкатулку, которую все это время держала в руках. После чего наложила на закрытый ящик несколько заклинаний и поспешила покинуть хибару. Сириус задумчиво почесал макушку, продолжая терпеливо вслушиваться во все звуки. Судя по всему, сейчас его кузина накладывает на дом защиту.
— Это все? — спросил голос Волан-де-Морта.
— Да, мой Лорд, — отозвался голос Беллатрисы.
Сириус скривился и передернул плечами, вспомнив, как ему пришлось разговаривать с этим Лордом.
— Прекрасно! — Кажется, он действительно доволен.
— Теперь вы объясните? — предвкушающе спросила Беллатриса.
— Конечно, объясню, — отозвался Волан-де-Морт. — Ты только что спрятала еще один мой крестраж. Как и та чаша, которую ты убрала в свой сейф, это кольцо залог моего бессмертия. Конечно, ты не знаешь, что такое крестраж.
— Я не такая всеведущая, как вы. Расскажите мне, мой Лорд, — с нотками мольбы в голосе, попросила Беллатриса.
— Во что он превратил тебя, Белла? — с горечью произнес Сириус.
— Нет, Белла, с тебя достаточно, — вдруг осадил ее Волан-де-Морт. — Обливиэйт! Отключись!
— Ублюдок! — выплюнул Сириус, взмахивая палочкой. — Прости, Белла! Я действительно не удержал тебя. Что он с тобой сотворил, сестренка?
А ведь они раньше были дружны. Они были старшими детьми, они были теми, кто являлся примером для младших. И на них действительно равнялись. И все изменилось после его побега. Они стали врагами, она его возненавидела, а он действительно не мог понять, почему так все произошло. И от той Беллатрисы, которую он знал, ничего не осталось. Только имя, только фирменный блэковский взгляд.
