Пробить защиту полностью

Алексей, ухмыльнувшись, устроился между ног Эрдо и прижал их ладонями. На ум пришла сотня команд, но Белов и не думал их озвучивать. Майк не сопротивлялся. Не хватался за голову Алексея. Вообще ничего не делал — только не сводил изумленного взгляда.

Алексей снова взял член глубоко в рот, проводя языком по всей длине вниз и, втянув щеки, поднялся. Затем обхватил пальцами основание шелковистого наощупь ствола и провел рукой вверх, одновременно опустив голову.

Майк вцепился руками в простыню. Боже, этот парень — само совершенство.

«Кто сказал, что у них не выйдет?»

Алексей закрыл глаза и отключил мозг, который генерировал множество ответов на этот вопрос. Сейчас ни один вариант Алексея не устраивал. Белов сосредоточился на Майке: на его вкусе и мягкости кожи, на рвущихся из груди звуках, дрожи и судорогах, которые так легко, так красиво удавалось из него вытянуть.

Алексей языком почувствовал пульсацию вены у основания члена и понял, что Майк долго не продержится. Белов потянулся к собственной эрекции, лихорадочно надрачивая и подводя себя к черте, за которую нырнет вместе с Майком.

Тот рвано дышал ртом, все его тело мелко трясло. Член во рту Алексея напрягся.

Белов сменил рот кулаком и задвигал по всей длине в такт движениям на собственном стволе и спешно залез на кровать.

Майк судорожно глотнул воздуха и с криком выпустил его наружу.

Вот и все.

Алексея трясло от мощи накрывшего оргазма. Сил едва хватило додрочить Майку, горячая сперма которого, смешиваясь со свидетельством оргазма Алексея, стекала по пальцам, вниз по стволу и яйцам.

Не сводя глаз с рук Алексея, Майк, едва различимо выдохнул его имя, и оба снова содрогнулись в экстазе.

Алексей понимал, что так нельзя. Это не должно было случиться. Ему следовало мучиться от чувства вины и сожаления.

Тогда какого черта он такой довольный?

***

Майк на полном ходу влетел в угол и швырнул Эрика Ларссона к борту. Эрдо в рамках правил удерживал плечом противника, держа клюшку на расстоянии, и при этом пытался порвать сукина сына на куски.

Толпа одобрительно взревела, гнев зрителей нарастал вместе с яростью Майка каждый раз, когда Ларссон «случайно» врезался в ворота. Дважды за сегодняшний матч.

Игроки не цеплялись к вратарям. Так не поступали. Особенно бывшие одноклубники. В этой команде и в этом городе. Но сегодня Ларссон, видимо, сделал исключение, и Майк терпеть не собирался.

Как и болельщики. А вот судьям, казалось, все равно.

С трибун и скамейки раздавались все более возмущенные крики, но Майк сосредоточился исключительно на игре. На своей работе. На смене Майк перевалился через борт, не сводя глаз с Алексея. Ларссон кинулся за шайбой и снова подсек вратаря. Майк мгновенно вскочил на ноги. Только крепкая хватка Гаррика помешала ему броситься на лед — и заработать удаление, — пока Алексей и Ларссон обменивались репликами и толчками.

Что, вашу мать, нашло на этого сучонка?

Дождавшись выхода на лед, Майк подобрал шайбу и помчался во весь опор. Он запустил шайбу далеко вперед, отступил назад, блокируя собственным телом следующий удар по воротам и отбил рикошет.

Эрдо изо всех сил старался облегчить работу Алексея, прикрывая сетку и тесня противника позади. Белов сделал отличный сейв, и тут раздался свисток. Майк повернулся и оказался лицом к лицу с Ларссоном.

Эрдо врезался в него своей грудью.

— Отвали, придурок!

Ларссон толкнул в ответ, но схватил за джерси, что на международном хоккейном языке означало: «Готовься к драке».

Наконец-то!

Майк ухмыльнулся, кровь забурлила, как ни на одной игре прежде. Кто ж знал, что секс так заряжает? Эрдо мечтал вдолбить ублюдка Ларссона в лед, а потом пойти домой, где уже Алексей вдолбит майкову задницу в матрас.

На самом деле, это было бы идеальным завершением дня.

Впрочем, противники даже замахнуться не успели, как между ними возникли Белов и судья. Майк попытался заговорить с Алексеем, но тот увлеченно расчленял Ларссона взглядом.

У Эрдо чесались кулаки — так хотелось стереть ухмылку с рожи этого засранца.

Но шанс представился только в третьем периоде. Майк боролся за шайбу перед воротами, и Ларссон наконец вывел его из себя. Ублюдок врезался в Эрдо, и оба полетели на Алексея, сбив того с ног и падая грудой в сетку. Ноги Майка запутались в щитках Алексея и Ларссона, но он все равно скинул перчатки, собираясь сделать то, чего смертельно хотел последние пару часов.

Расквасить морду долбаного придурка.

Ларссон с насмешкой посмотрел на Алексея.

— Твой новый парень?

Вне себя от ярости, Майк набросился на Ларссона и повалил на лед. Он вцепился в противника и рывком приподнял мудака со льда, ударившись с ним шлемом. Алексей схватил его за джерси, но Майку уже было плевать. Никто поблизости не мог их услышать.

Майк зарычал на Ларссона.

— А ты догадливый сукин сын!

Эрдо целых три секунды наслаждался потрясением на лице Ларссона, прежде чем черно-белая полосатая рука обхватила его поперек груди и оттащила.

Время, проведенное на скамейке штрафников, не помогло усмирить ни злость, ни либидо.