Я не буду вступать в дискуссию с теми, кто верит в светлое термоядерное энергетически неисчерпаемое будущее. Чего не успели сделать за предшествующие 50 лет, не успеют за оставшиеся 30, которые уйдут на эвакуацию технической цивилизации. Похоже, что успехи в области ядерной энергетики засекречены настолько, что они неведомы не только нам, но даже творцам этих достижений. Вероятнее всего, настоящая озабоченность ситуацией возникнет только в последний момент, как это не раз уже бывало, и тогда вообще будет не до исследований.
Замечательный хирург Николай Амосов, который занимался также социальной кибернетикой, с помощью опросов через СМИ установил количественную меру эгоизма в обществе. Только одно побуждение из 20 основано на соображениях общественной пользы.
Общими усилиями эгоистов опустошаются «неисчерпаемые» кладовые в недрах Земли, уничтожаются леса и плодородные почвы. Загрязняется среда обитания человечества в целом. Техника, как отметил философ Сергей Крымский, решает проблемы, которые сама же и порождает. На этом славном пути за бытовой завесой технического прогресса было уничтожено к нашему времени больше людей, чем их жило в средние века на всей планете.
По определению американского экономиста Эдварда Латвека (Edward Luttwak), западное общество создало турбокапитализм. Его особенность состоит в том, что степень государственного регулирования существенно уменьшается, и рынок становится все более стихийным, неуправляемым.
Формируется гигантская последовательность («стек») новых технологий; одним из завершающих элементов «стека» являются ИТ. При разрушении технической цивилизации первыми из «стека» уйдут те, кто пришел последним. Таким образом, компьютерная индустрия обречена исчезнуть в числе первых. Всякая аналогия, как известно, хромает. В действительности процесс распада ускорится вследствие очень тесной взаимозависимости многих составляющих технической цивилизации. Очень активно проявит себя «принцип домино». Картина невеселая, но что поделаешь! Конец компьютеризации — далеко не самая большая потеря.
Среднее время активной жизни спутников, в том числе спутников связи, составляет 10 лет. Распад громадной инфраструктуры, работающей на Космос, приведет к исчезновению спутниковой связи, Internet (и всего, что на нем будет замкнуто), радио, телевидения, печати, а также других гражданских и военных систем вполне «естественным» способом, однако и это — не главное.
Разрушатся города. В первую очередь — мегаполисы, а также крупные и средние города. Они не смогут существовать при отсутствии энергии, обеспечивающей тепло, освещение, связь, транспорт всех видов, другие коммунальные службы. Мы все еще не отдаем себе отчета в том, насколько неустойчива современная среда обитания промышленно развитых стран. Для уничтожения города достаточно на неделю-полторы лишить его водоснабжения. Остальное довершат эпидемии.
Энергетический кризис потребует эвакуации многих сотен миллионов людей из современных городов на землю, на новые поселения с высокой степенью автономности. Подобно тому, как Колизей в период распада Римской империи долгое время служил источником строительного материала, современные города послужат той же цели в недалеком будущем. Вполне возможны массовые миграции из неблагоприятных регионов в относительно благополучные. Во многих случаях этот процесс будет далеко не мирным. В этот период найдут себе применение горы имеющегося и все еще производимого оружия. Нет никакой случайности в том, что один из основных покупателей современного оружия — Арабские Эмираты. Именно они будут последними владельцами нефти — им есть что защищать.
Нет памяти о прежнем;
да и о том, что будет,
не останется памяти у тех,
которые будут после.
В 1992 г. ЮНЕСКО в рамках общей программы по информатизации объявила о начале работ по проекту «Память мира». В декларации отмечалось, что известные и неизвестные библиотечные и архивные сокровища, которые являются уникальным наследием человечества, гибли и продолжают гибнуть в результате стихийных бедствий, в ходе войн и под разрушительным воздействием климата и погоды. Масштабы этой проблемы таковы, что они выходят за пределы возможностей и ресурсов любой отдельной страны.
Данный проект никак не увязывался с опасностью близкого энергетического кризиса. Как 8 лет назад, так и в настоящее время предполагается, что неприятности наступят, но лет через 100, а то и 300. «За это время что-нибудь обязательно придумается». Надежда на «авось» и нежелание думать о последствиях своих поступков — еще одна черта, общая для всех стран и народов.