Библиотеки, архивы и музеи мира хранят огромное количество информации, бесценной не только для отдаленных, но и для наших ближайших потомков. Именно она может оказать главную помощь тем, кто переживет тяжелый переходный период распада технической цивилизации. Лозунг «знание — сила» останется не менее актуальным, чем сегодня. Предварительные оценки показывают, что все спасти уже не удастся; надо определять приоритеты, и это — забота экспертных комиссий.
В наихудшем положении оказались редкие и ценные книги и рукописи, а также картины. Длительное хранение в условиях, мало пригодных для их сохранности, привело к различного рода повреждениям и загрязнениям. Традиционные методы реставрации весьма времяемкие. Скорость разрушения уже давно превышает возможности реставраторов восстанавливать раритеты.
Именно с помощью ИТ можно обеспечить массовый ввод данных на машиночитаемые носители, создать достаточное количество высокопроизводительных рабочих мест реставраторов, а также обеспечить тиражирование высококачественных, предварительно отреставрированных электронным способом физических копий на долгоживущих (многие века) носителях: специальные пластмассы, ламинированная бумага, коррозионностойкие металлы и сплавы.
Тиражировать предстоит огромное количество не отдельных книг, а целых библиотек. То же относится и к произведениям изобразительного искусства. Следует учитывать будущую разобщенность и автономность не только малых городов, поселков и деревень, но и отдельных семей. На смену снобизму («у меня есть то, чего нет ни у кого другого») придет необходимость иметь свой, буквально жизненно необходимый источник знаний, мудрости и вдохновения. Современные ИТ могут создавать копии шедевров живописи, практически не отличающиеся от оригиналов. Ценность такой копии для обычного владельца не меньше, чем значимость оригинала — для коллекционера раритетов. Вас ведь не смущает то, что вы читаете 278 435-ю копию сказок Андерсена, а не рукопись автора?
Существование электронных версий проектов — явление временное, но оно имеет смысл, т. к. позволит принять участие в сохранении культурного наследия человечества максимальному количеству организаций и частных лиц без излишних бюрократических препятствий. Очень важно также, что можно будет избежать дублирования работ, проводимых участниками, и обмениваться опытом, технологиями, а также информацией, подготовленной к сохранению на физических носителях.
Вполне возможно, что необычный характер проекта во многих случаях приведет к замене «copyright» на «copyleft», ведь кроме авторского права на произведение нелишне вспомнить и о читательском праве на свободный доступ к информации, тем более что авторы многих произведений, которые войдут в сохраняемое наследие, жили и творили во времена, когда не было принято много раз продавать один и тот же товар.
Понимание значимости культурных ценностей пришло к людям очень давно, несколько тысячелетий тому назад. Занимались этим почти всегда люди не совсем от мира сего или энтузиасты: жрецы, монахи, богатые коллекционеры, а также такие неординарные государственные деятели как, например, Петр I или австрийский император Франц II, в начале 19-го века создавший библиотеку, которая и сегодня является одной из лучших в мире.
На государственном уровне о культурном наследии начали задумываться относительно недавно, а соответствующие международные проекты стали достоянием новейшего времени: в 1956 г. ЮНЕСКО создала Международный центр по изучению сохранения и реставрации культурной собственности (ICCROM) в качестве межправительственной организации. В настоящее время в нее входят 93 государства и множество ассоциированных институтов.
Призыв ЮНЕСКО к созданию проекта «Память мира» прозвучал вовремя; ИТ в 1992 г. уже позволяли перейти от микрофильмирования и изготовления микрофиш к радикально новому способу хранения информации на оптических дисках и несравнимо более удобному доступу пользователей к компьютерным мультимедийным базам данных. Вполне естественно, «эхо» пришло с задержкой. Когда в том же 1992-м я предлагал систему автоматического ввода в компьютер многоязычных печатных текстов, в отделе информационного обеспечения библиотеки конгресса США мне сказали:
— А зачем? Нас устраивает ручной ввод рефератов, а оптических дисков мы имеем достаточно, чтобы хранить изображения страниц и фотоснимков.
Действительно, и у них, и в Колумбийском университете в Нью-Йорке я видел множество рабочих мест для ручного ввода каталожных карточек и рефератов. И все-таки понимание того, что «так дальше жить нельзя», наступило. В 1995 г. под эгидой библиотеки конгресса начались работы над проектом «Память Америки»; в 1997 г. возникли проекты «Память Канады», «Память Великобритании», а затем и другие национальные, а также интернациональные проекты.
Не вполне скоординированные работы ведутся в России.