Четвёртый этаж здания, молодой парнишка с легкостью преодолевал все сорок шесть ступеней. На лестничной клетке располагалось три квартиры, самая правая была родной.
Там, за обитой чёрным дерматином, дверью располагалась трёхкомнаная квартира; узенькая прихожая, справа от нее маленькая кухня, слева зал и еще одна комната, а прямо — комната с балконом. На стенах свежие светлые обои, в зале ковёр на деревянном полу.
Бабушки готовили покушать, зная о приходе каждодневного гостя, дедушка в кресле читал газеты, сидя напротив бубнящего новости телевизора. Радостно поздоровавшись и обняв каждого из членов семьи, Андрей отправлялся прямиком на балкон. Перед ним шелестели листвой ветви берёз, вытянувшихся выше четвёртого этажа; Андрей стоял, наслаждаясь вкусным воздухом, и наблюдал за людской суетой внизу.
— Андрюш, пошли обедать будем, — позвала одна из бабушек.
— Сейчас, сейчас, уже бегу, — окликнулся Андрей.
Прошёл в зал, где уже был накрыт стол.
— Ой, а ты что ещё не разделся? — спросила бабушка Вера.
— А руки помыл? — дополнила бабушка Таня.
— Ну хватит, напали на парня, он еще в себя не пришел после школы, — посмеиваясь произнёс деда Вова.
— Давай иди раздевайся, руки мой и за стол, — улыбаясь закончил дедушка.
Усевшись за стол, Андрей получил несколько поцелуев со словами «наш любимый внук» от бабушек, и крепкие объятия от дедушки.
— Спину ровно, не сутулься! — мягко, но строго сказала бабушка Таня.
Андрей послушно выпрямился и начал ёрзать на табурете.
— Ой, непоседа ты у нас, — с улыбкой прошептала бабушка.
На белой скатерти в хрустальной посуде лежал аккуратно порезанный хлеб, в одной из тарелок был суп с малосолеными огурчиками и кусочками курицы, в другой же лежали золотистые, горяченькие ещё беляши, уже разлили по стаканам компот, в специальных чашечках находились горчица с маленькой ложечкой и сметана. В детстве вкусы и запахи ощущаются во много раз сильнее, да и блюда еще не успели надоесть.
От вкусных запахов, которыми отдавали блюда желудок, буквально стонал в предвкушении удовольствия; было трудно не наслаждаться приготовленными с любовью блюдами домашней кухни, самой лучшей во всем мире.
Всё внимание родственников было приковано к Андрею, они тоже получали удовольствие, глядя на то, как любимый внук с аппетитом поглощает еду, которую они готовили, стараясь угодить ребёнку.
Андрею не хватало лишь мамы с папой, они большую часть времени были заняты своими взрослыми делами и редко приходили в гости к своим родителям. Они заходили ближе к вечеру, чтобы забрать Андрея домой.
Бабушки подшучивали, когда Андрей начинал спрашивать скоро ли придут мама с папой, он скучает. Бабушки говорили, нужно выйти на балкон и громко-громко позвать маму с папой, тогда они услышат и пораньше придут за своим чадом.
Ребёнок верил всему, что говорили его любимые родные, выходил на балкон и громко-громко звал маму с папой, и они скоро приходили.
По крайней мере было прекрасно верить в чудо, будто родители слышали, как зовёт их сын, а не в телефонный звонок дедушки родителям. Это поднимало настроение и Андрею, и всей его семье.
Прошло несколько лет такой идиллии. В государстве наступил кризис. Бабушке Тане пришлось устроиться подрабатывать в ночную смену. Дедушка тоже вышел на работу. У родителей осталось совсем мало времени из-за суточных смен и Андрею частенько приходилось оставаться с бабушкой Верой.
Бабушка помогала делать домашние задания после школы, играла с ним в шашки, учила игре в шахматы, этикету, и пыталась дать ответы на все вопросы.
В комнате с балконом стояла кровать, тумбочка с телевизором, на полу лежал ковер, в тёмных полированных дверках встроенного в нишу шкафа отражался свет позолоченной настольной лампы.
Одиннадцатый час ночи. Бабушка вяжет, сидя на кровати, Андрей ещё не спит, играет на детском пианино, сочиняя мелодии.
— Андрей, давай еще немножко поиграешь и спать будем ложится, ладно? Времени много уже, — говорит бабушка Вера.
— Да, бабушка, я еще чуть-чуть, почти получилась мелодия, — согласился Андрей.
В комнате от настольной лампы было немного света, уютная домашняя обстановка. Бабушка вышла из комнаты.
«Бзинь, брянь, цууун, цуун» — выходят громкие звуки из игрушечного пианино. Тут Андрей замечает на стене напротив балконного окна круг света, похожий на яркий солнечный зайчик.
— Солнечный зайчик? Сейчас же вечер, темно на улице, — проскальзывает мысль у Андрея.
Фонарь? Свет прямой, кто-то светит в окно? По спине пробежал холодок, кожа покрылась мурашками, волосы встали дыбом, сердце сжалось.
Андрей решил обернуться, чтобы развеять сомнения. Через окно пробивался свет от фонаря и чей-то силуэт парил в воздухе за балконом.
Андрей оцепенел. Сердце бешено застучало, зрачки расширились, страх сковал тело изнутри.
— Четвёртый этаж? Как? — подумал про себя Андрей, ясно видя силуэт за окном. Выбежал из комнаты.
— Бабушка! — крикнул Андрей. — Бабушка, тут кто-то есть!
Бабушка Вера поспешно вышла из кухни и сразу принялась осматриваться.
— Там в окне, там фонарик, там светили, — дрожащим голосом говорил Андрей.
