– Но в мире слишком много таких вещей, о которых стоит пожалеть, – закончила она. – Никакой жалости не хватит, если тратить ее на людей, которые ведут себя как мудаки.
Угрюмый мудак перестал дергаться, и Изерн, наклонившись, обтерла кинжал о седалище его штанов. Собственное отражение в ярком лезвии отвлекло ее, она нахмурилась и потерла пальцем какое-то пятнышко на своей щеке.
Рикке отступила в сторону, чтобы расползающаяся лужа крови не залила ей сапоги, и встала перед следующим в ряду.
Она всегда считала себя скорее забавной фигурой. Смешливая Рикке, фонтан веселья. Ей до сих пор казалось странным, что люди могут ее бояться. Тем не менее приходилось признать, что страх в их глазах приносил удовлетворение. По крайней мере, это лучше, чем презрение.
– Ты мне больше нравишься, – сказала она, грозя воину пальцем.
– Да, этот выглядит приятным человеком, – согласилась Изерн, похлопывая его по плечу своим кинжалом. – Позволь поинтересоваться, у тебя есть семья?
– Две дочери, – выдавил он.
– Ух ты, – сказала Рикке. – Большие?
– Шесть и два.
– Ух ты, – сказала Корлет.
– Надеюсь, ты не откажешь нам в помощи, – заметила Рикке. – Девочкам нужен папочка.
– «Девочкам нужен папочка»! – Изерн снова захихикала. – Красиво сказано.
– У меня всегда было чутье на поэзию языка, – отозвалась Рикке. – Итак, где Черный Кальдер?
Отец двух дочерей скосил глаза, пытаясь разглядеть кинжал, но тот был вне поля его зрения.
– Здесь его нет, – прохрипел он.
– Очень хорошо, не бойся, мы понемногу движемся к цели. И где же он?
– Отправился на север, в Высокие Долины. Некоторым из тамошних вождей не нравится манера Стура вести дела.
– Кому это может нравиться? – фыркнула Изерн. – В смысле, я и сама та еще сука из целого семейства говнюков, но Стур? Он задал нам новую точку отсчета!
Рикке кивнула в направлении ворот внутренней стены. Ворот с замком Скарлинга по ту сторону, по-прежнему накрепко закрытых.
– А там у них кто главный?
– Бродд Молчун.
Это имя ничего не значило для Рикке. Она пожала плечами, взглянув на Изерн, и та ответила тем же.
– Надо думать, он не очень-то разговорчив, – высказалась Корлет. Предположение выглядело вполне разумным.
– Но людей у него немного, – добавил отец двоих дочерей. – Может, пара дюжин, не больше.
– Может, и три дюжины, – возразил один из других, неловко ерзая на коленях.
Вот он, горький урок. Ты можешь рассыпать перед людьми сладкие слова, пока кожа с языка не слезет, и не добьешься от них никакого толку. Но стоит перерезать одному глотку, и остальные будут отпихивать друг друга локтями, чтобы тебе угодить.
– Три дюжины – это немного, – заметила Изерн.
– Оно, конечно, так. – Рикке почесала голову и нахмурилась, задрав лицо к крепости, черной на фоне белого неба. – Но чтобы удержать такие стены, много и не требуется.
– Прошу меня простить за опоздание, – сказал Орсо, большими шагами входя в комнату. Стол был накрыт для королевского обеда, блестело начищенное серебро. – Столько дел, знаете ли! Еще бы вам не знать, у вас ведь и у самого армия. И даже еще больше, чем моя! Нет-нет, не вставайте!
Хильди чиркнула спичкой и принялась зажигать высокие свечи. Орсо подошел к Лео с широкой улыбкой, протягивая руку. Мать всегда говорила ему, что улыбаться очень важно. Особенно врагам.
Брок не сильно изменился: все тот же симпатичный, крепко сбитый герой из книжек, какой помнился Орсо. Он отрастил небольшую бородку, но, с другой стороны, бородка у него, должно быть, отрастала между завтраком и ланчем, даже в тех местах возле уголков рта, где у самого Орсо никогда не росло ничего приличного. Неуклюже полупривстав с кресла, Брок смотрел на протянутую руку с выражением недоуменного отвращения. Как человек, повернувшийся на другой бок и обнаруживший в своей постели какашку.
Наконец он неохотно взял ее.
– Не слишком сильно! – предупредил Орсо. – Не забывайте, я ведь не военный!
И, дождавшись, пока Брок осторожно сожмет его ладонь, он стиснул его руку с такой сокрушительной силой, на какую только был способен, – и с некоторым удовлетворением увидел, как тот сморщился. Пускай победа и небольшая, но отец Орсо всегда повторял, что победами не следует брезговать, какими бы они ни были.
Брок указал на двоих людей, которые пришли вместе с ним и теперь мрачно стояли возле стены.
– Это мои помощники. Антауп… – (Поджарый и смазливый, с зачесанными назад черными волосами того типа, которые почему-то всегда падают на лоб одним-двумя щегольскими локонами.) – …И Белая Вода Йин. – (Неотесанный, рыжебородый северянин, который, судя по его виду, привык открывать двери своим лицом.)
Орсо широко улыбнулся и им тоже. В конце концов, улыбки ничего не стоят.
– Интересно, бывают ли северяне маленького роста? Я ни разу ни одного не видел!
– Мы держим их в тылу, – пророкотал Йин.
– Везунчики! Я и сам предпочту держаться в тылу, если дело дойдет до драки, это я вам обещаю! Правду я говорю, Танни?
Танни одобрительно кивнул:
– Как можно дальше, ваше величество.
– А как насчет вас, Молодой Лев? Вы-то, конечно, будете подавать своим людям пример?
