На нетвердых ногах, чувствуя, как ноет бедро, Вик подошла к разбитым козлам. Ей нужно было посидеть на своих руках, чтобы они перестали дрожать.
Неверяще открыв рот, Савин смотрела, как с кошмарной, выматывающей нервы медлительностью все ее честолюбивые замыслы шли прахом.
Казалось, прошло несколько дней с тех пор, как измочаленные пушечным огнем отряды Открытого совета выбрались из дымящихся садов и многоцветными лохмотьями опасливо поползли по пересеченной местности в направлении утеса. Добравшись до него, синие шеренги Ишера изогнулись дугой, восстановили строй и начали понемногу взбираться по склону.
Пушки неприятеля замолчали, в то время как их собственные наконец были водружены на холм позади нее и начали методично молотить по Стоффенбеку. Облачка взметнувшейся среди крыш пыли отмечали попадания ядер, столбы дыма – занявшиеся от них пожары. Позиции Орсо прогнулись назад в центре, северяне Стура яростно атаковали с левого фланга.
По ее лицу начала расплываться свирепая улыбка. Если утес окажется в их руках, удержать город будет невозможно. Центр не выдержит, Стур прорвется слева, и сражение будет выиграно!
И трон будет принадлежать ей.
А потом, по мере того как завеса пушечного дыма внизу стала рассеиваться, она кое-что заметила. Блеск стали в седловине между каменистым утесом и следующей за ним возвышенностью. Начал падать мелкий дождь, окутав поле боя туманной пеленой, но, когда Савин шагнула вперед и прищурилась, глядя в окуляр подзорной трубы, последние сомнения ушли.
Все больше и больше стали. Целое наводнение, поток, льющийся с высокогорий. Конные. Огромная, тускло поблескивающая река конных.
– Нет… – прошептала она.
Они врезались во фланг потрепанным подразделениям Ишера, застигнув их врасплох, разметали их, словно синюю пыль, и понеслись дальше, в направлении садов. Красное бесформенное пятно вновь сформированного легиона Барезина рассыпалось задолго до того, как до него добралась кавалерия; люди стремглав бросились обратно к реке.
– Нет, – снова прошептала Савин. Словно это слово было молитвой.
Однако не она ли частенько хвалилась Зури, что не верит ни во что, чего нельзя потрогать, сосчитать и занести в учетную книгу? Они были уверены, что к Орсо не придет никаких подкреплений. Рассчитывали на это. И тем не менее – вот эти подкрепления, во всей мощи своего оружия, рвут все ее планы на кусочки!
– Нет! – прошептала Савин.
Еще мгновение назад она предвкушала победу. Теперь же нельзя было быть уверенной ни в чем. Ей хотелось опуститься на колени. Навзничь лечь в траву. Но кто-то должен был что-то сделать.
Инженер у ближайшей пушки как раз подносил к полке с порохом дымящийся запальный шнур. Вся остальная команда отступила подальше, пригнувшись и прижав ладони к ушам. Савин зашагала в их направлении, поддерживая рукой живот.
– Нам необходимо получить…
Ослепительная вспышка. Она отвернулась, закрываясь рукой, хотела ахнуть, но не успела – ее подхватило в воздух и швырнуло на землю.
– Эти мерзавцы удирают! – рявкнул Антауп.
– Я заметил, – отозвался Лео, в бессильной ярости наблюдая, как отряды Открытого совета, рассыпаясь, бегут к реке.
Всего лишь пару мгновений назад они были готовы обойти неприятеля с правого фланга. Теперь опасность атаки с фланга угрожала им самим.
– Во имя
И ведь армия Инглии выполнила свою часть работы! Они сражались за каждый дюйм земли, выбили людей Орсо с их позиций, выгнули их полумесяц так, что он коснулся своей серединой пригородов Стоффенбека. Они до сих пор продолжали драться, в дыму, под моросящим дождем, хотя общая схватка уже рассыпалась на дюжину мелких жестоких стычек между строениями.
– Дерьмо! – Он врезал бронированным кулаком по своей бронированной ноге.
Еще бы час, и они бы выиграли сражение! Но у них не было часа. У них не было даже лишней минуты.
– Мы еще можем отступить! – прокричал Антауп сквозь шум битвы.
– Куда? – рявкнул Лео. – Зачем?
В руках Лео останется поле боя, инициатива, все возможности получить новые подкрепления, в то время как их альянс уже, считай, развалился. Из освободителя он превратится в посмешище! История запомнит его как изменника, да еще и неудачника.
– А знаешь что? – Йин наклонился к ним со своей широкой ухмылкой. – Сдается мне, еще разок толкнуть, и эти ублюдки могут посыпаться!
– Кавалерия еще свежая! – Словно заразившись от Йина, Антауп тоже уже улыбнулся. – Что, кинем кости еще разок?
Теперь улыбался и Лео. Как он мог удержаться, когда его друзья смеялись в лицо смерти? Он повернулся было, чтобы спросить Юранда, что тот думает, но остановил себя. Жаль, их с Гловардом здесь нет!
Он поднял голову и увидел королевский штандарт. Стойкое Знамя привольно реяло на ветру над пеленой дыма и руинами, на вершине высокой часовой башни; золотое вышитое солнце поблескивало, в то время как настоящее пряталось где-то среди плюющихся дождем облаков.
