Даже не знаю, была ли это импровизация с их стороны, или всё же домашняя заготовка, но меня их такое решение полностью устраивало, поэтому спокойно стоял и ждал, когда пчёлы разлететься подальше. В одной руке крепко зажал рукава куртки, в другой был тесак, что сейчас лежал на плече. В общем, всё уже готово для встречи полосатых гостей, и оставалось только дождаться, когда противники войдут в зону поражения. Ну, почти.
Прыгнув к пчеле, что пыталась облететь меня справа, я махнул кожанкой себе за спину, и, судя по тому, как она потяжелела, сделал это не зря. Чтобы проверить улов и не подставиться, пришлось отскочить в сторону ограды, и, продолжив вращательное движение курткой, лишь немного подправив её траекторию, со всего размаху ударить ей об землю. Точнее одной слишком много о себе возомнившей пчелой, что за неё уцепилась.
Напарницы заземлённой твари кинулись ко мне, и пришлось, размахивая перед собой тесаком, сбивать насекомым разгон и заставлять их набрать высоту. Чтобы затем резко присев и подтянув улов, обрушить металл навстречу башке насекомого.
Будет ли замена в команде противника?
Нет, остальные пчелы, что в начале этого раунда выступили в качестве зрителей, а было таких десяток, продолжали недобро гудеть, но вмешиваться не спешили.
Значит, оставшаяся парочка обречена, алгоритм-то рабочий. И не прошло много времени, прежде чем удалось ссадить последнего противника на песок арены. Почему арены? Уж больно, похоже, всё организовано. Песок, чтоб впитывалась кровь; закруглённое пространство; единственный вход, хотя пчёлы им пренебрегают; трупы опять же после схватки убирают, чтоб не мешались под ногами.
Отстранённое наблюдение за собственными мыслями не помешало мне лупить насекомое по голове, и наблюдать, как хитиновые серпы, которые по недоразумению оказались на башке у этих полосатых убийц, приводят в негодность плотную куртку. И радоваться, искренне радоваться, что посягнувшая на мою голову тварь не смогла прокусить кости черепа. И в шею, слава Богу, она не вцепилась, а то бы меня уже доедали. Или пчёлы делают запасы?
Вопрос, конечно, интересный, но уж больно момент не подходящий, чтобы на него отвлекаться. Всё-таки я тут немножко занят, и все мысли, эмоции и чувства, которые не направлены на выживание сейчас только мешают. Но это не балласт, а топливо, что сгорая во внутреннем огне, на удивление делает меня только спокойней.
Труп достаточно бодро потянуло по песку в сторону ближайшего из костров. Кожанку при этом пчела отпустила, или, скорее та сила, что втягивала останки в огонь, отцепила насекомое от моих вещей. За это ей, несомненно, большое спасибо. Без такой крепкой курточки было бы совсем кисло. У меня, конечно, еще ветровка есть, но там материал гораздо тоньше, надолго спортивки не хватит.
Счёт по сумме двух раундов уже 4−0 в мою пользу, но преждевременно радоваться я не спешил, ведь выигрыш по очкам мне не светит. Полосатым достаточно всего одного результативного действия, что бы одержать победу в командном зачёте, в связи с утратой соперника.
Пока, вновь отвлёкся на какую-то кашу в голове, пчёлы выставили новую группу уже из четырёх особей. И опять они начали разлетаться, чтобы меня окружить, но на этот раз, двигаясь парами.
И это было плохо. Для них.
Прыжок с выставленным клинком вперёд к правой двойке и замах курткой за спину. Не клюнули, жаль. Еще один прыжок к отпрянувшим насекомым, что начала подниматься в небо, уходя от горизонтально взмаха клинком. И попали под догоняющий выпад кожанкой, что завершила полный оборот у меня над головой.
Повернувшись на месте, вслед за движением тесака, я не смог вовремя докрутить потяжелевшую одёжку, чтобы и вторую пару приласкать, но вот махнуть железкой, сбивая разгон полосатым, успел.
А отпрыгнуть еще ближе к ограде и впечатать куртку в песок проблем не составило. Хорошо, что пчёлки крепко держаться. Какие они всё-таки молодцы, надо бы их примировать. Железом в голову, например.
Дальше, всё повторилось. Взмах куртейкой на встречу одной пчеле, привёл к зацепу, а взмах тесаком заставил вторую уходить вверх. Но отпускать её в мои планы не входило, поэтому прыгнул к ней навстречу, давая возможность вцепиться лапами в клинок. И она таки сделала это.
Вообще, эти насекомые оказались мечтой пчеловода-маньяка. Манёвренные, быстрые, с отличными рефлексами. И очень предсказуемые.
Бить одной пчелой другую, оказалось тем ещё извращением, но подставлять ноги под их челюсти, мне показалось куда худшей идеей. Да и добить нужно было только одну. На её товарку, что держалась за тесак, у меня были планы, и, стуча ей об землю, с третьего раза получилось направить потяжелевший клинок так, чтобы отрубить пчеле крыло и половину лап. Не совсем удобно, но необходимо. Уж слишком многообещающе гудят за заборчиком ждущие твари.
Судя по всему, эти пчёлы обладали каким-то разумом, пытались учиться и могли адаптировать тактику. И до чего додумается пчелиный сумрачный гений, я решил не проверять. А потому подскочив к ограде, махнул через неё пожёванной курткой.
