Ведь если придётся покинуть хронобарьер, то придётся компенсировать сжавшееся время серьёзным расширением штата. Опыты же сами себя не проведут.
Хотя, даже если и получится пересидеть под барьером, то всё равно нужно привлекать специалистов. И если с тем, кого брать в ядро будущей организации мы с Саймоном определились, то вот поиск всяких ученых, инженеров и других полезных яйцеголовых, что сейчас разбросаны по ТЛ нужно организовывать с нуля. А для этого нужны кадры, которые этот самый поиск и возглавят. А еще лучше, если, получив соответствующие задание, они всё сделают сами.
Но глядя на происходящее рядом с населёнными пунктами, в соседних секторах, я всё больше недоумевал. И был вынужден констатировать, что Адмирал в целом неплохо заботился о выходцах с нашей планеты. По крайне мере, у них были организованы спальные места, полевые кухни, душевые и туалеты.
Так было не везде. Да что там не везде, из той дюжины секторов, что я осмотрел со спутника, только в нашем были организованы более менее нормальные условия для жизни новичков. А в тех, что были вокруг нашего сектора, творился какой-то адовый трэш.
Что, несомненно, было мне на руку.
И двигаясь по спирали, уже на втором витке я натолкнулся на смутно знакомую парочку, в центре какого-то лагеря. Точнее сейчас их в хибаре сидело трое, но покопавшись в памяти, обнаружил, что мастера иллюзиониста и мастера зельеварения в одном хвостатом флаконе раньше рядом с ними не было.
Кто здесь главный вопросов не вызывало, за это говорил системный класс и уровень молодого парня. Именно он, судя по всему, был лидером этого зарождающегося, и вполне себе многочисленного объединения.
Правда, всю картину портили несколько трупов, да и связанные люди вызывали вопросы.
* Какое-то время спустя * Группировка Сантьяго *
Лису придётся кончать.
Ведь одно дело отравить мозгокрута, который сам не разбирается в ядах, и совсем другое напоить отравой того, кто в этом что-то понимает. И способен сварить в походных условиях из найденных в лесу трав, какой-то аналог снотворного. Слабенького, но которого вполне хватило, чтобы уложить несколько десятков человек спать беспокойным сном в ожидании тяжелого пробуждения.
По крайне мере, Химитцу утверждала именно это, и видимо понимая, какая дилемма встала перед её отравителем начала его пламенно убеждать, что может оказаться полезна, перечисляя, что еще она может приготовить.
Химитцу
В зельеварении Сантьяго ничего не понимал, но о пользе подконтрольных химиков бывший наркоторговец знал не понаслышке. И о том, что они могут сделать со своими охранниками, если те вдруг станут тюремщиками, тоже знал. Доводилось наблюдать.
Поэтому таких полезных и опасных сотрудников лучше было контролировать другим способом. Через компромат, или давление на родственников. Да, без пряников в виде потакания их слабостям тоже не обходилось, но и про кнут сотрудники подпольных лабораторий должны были помнить всегда.
Подходящих рычагов давление на лису у него не было, поэтому оставлять её в живых было крайне опасно. Хотя, и выгодно. Но никогда бы Сантьяго не достиг того положения, что занимал в прежнем мире, если бы не умел отличать потенциальную выгоду от гарантированных проблем. А потому обладательница сразу двух пар ушей была обречена.
Но судьбу её решила не пуля.
А открывшийся между ними портал. Очень знакомый портал. Портал, который в прошлый раз подарил смерть одним и шанс выжить другим.
Сантьяго замер наблюдая за развернувшимся в воздухе окном куда-то…Куда-то.
Но в этот раз из него пришла не смерть, а какой-то мясистый шар, который сразу же раскрылся, как только коснулся земли.
Когда портал закрылся, в наступившей тишине легко можно было расслышать, как именно Румис снаружи расписывает те кары, что упадут на голову любого, кто ослушается запретов босса.
Оный же босс, бросив взгляд на кольцо, которое лежало внутри, и на короткую надпись «заслужил», что была нацарапана внутри органического контейнера, крепко задумался.
1) Кол’Зон — чёрное солнце
* Клан Шелгрим *
По гулкому коридору разносились звуки шагов.
Да, он, будучи гномом с весьма специфическим классом, мог ходить под землёй совершенно бесшумно, да и на поверхности его смог бы заметить далеко не каждый, но путь к восьмой секции архива проходил через такие помещения, где не только искажалась работа классовых и расовых способностей, но и того, кто не знал, как именно нужно идти, и какими звуками сопровождать свой путь, ждала очень печальная судьба.
Посторонним могло показаться странным, зачем такие меры предосторожности на пути к одной из секций хранилища личных дел сотрудников глубинных выработок.
Но те разумные, кто смог бы попасть в эти коридоры, понять, что здесь происходит, и заинтересоваться природой таких процессов, а так же, самой ситуацией в целом, быстро бы оказались в условиях, когда чистосердечное признание гарантирует лишь безболезненную смерть.
