Не способный увидеть, где находятся эти самые обелиски, он мог наткнуться на них только случайно.
Но тратить, возможно, последние минуты своей жизни на бесплодные метания, ему представлялось кощунством. А потому вернувшись за креслом и скинув кандалы на траву, он со своей ношей вернулся к самому берегу, так чтобы легкие волны касались его стоп.
И слушая звучание самой природы, Саймон приготовился встретить свою судьбу.
Будущее не страшило его.
Не важно, где он окажется, потому что ни какая пытка не может быть вечной. А смерть не конец, но начало. Потому в его уме не нашлось места сомнениям, а сердце осталось свободным от тревог.
И лёгкую досаду, что под рукой не оказалось даже губной гармошки, чтобы скрасить последние мгновения выражением собственных чувств, он отогнал, насвистывая мотив, который сливался со звуком набегающих волн.
Поэтому голос, что раздался сразу после того, как исчезли все остальные звуки, не остался им не замечен, хотя, и не вызвал в нём каких-то эмоций.
Как, впрочем, и прозвучавший вопрос.
— Готов ли ты обрести зрение?
Он думал об этом много раз. И, конечно же, раньше мечтал обрести возможность увидеть лица своих родителей. Своё собственное отражение. Восход солнца над океаном. Или море луговых цветов. Закат в горах. И бескрайнее небо. Он всё это хотел увидеть.
Но был ли он готов к тому, что увиденное его разочарует? Окажется не таким насыщенным, как он себе представлял? Чем старше он становился, тем отчётливее понимал, что только благодаря слепоте он смог так глубоко погрузить в мир звуков, запахов, эмоций и мыслей. И зная, каким сильным и разрушительным бывает разочарование, он предпочёл бы уйти из жизни, сохранив теплые представления о том, что он так любил.
— Пожалуй, что нет.
В том пространстве, где он сейчас находился, для него была абсолютная тьма. Ни запахов, ни звуков, ни направленных на него эмоций. Поэтому следующий фраза раскрасила мир в новые тона.
— Ты умирать, что ли собрался? Или тебе религия не позволяет?
Постановка вопроса заставила его улыбнуться. И вступить в диалог.
— А причём здесь религия?
— Ну, как же, может ты слышал, есть такая концепция, что тело дал тебе Бог, и нельзя вносить в него изменения, а всех, кто нарушит этот постулат, уже ждут чёрти в аду, — произнёс невидимый собеседник.
— Это глупость, основанная на заблуждениях, и состоящая из двух искусственно склеенных между собой полярных точек зрения, каждая из которых возведёна в абсолют мракобесия.
Теперь голос смеялся. Смехом уходящего напряжения. А потом попросил.
— Поясни, будь добр.
Почему нет. Разговор лучше, чем абсолютная тьма.
— Мы, безусловно сотворены неким сверхразумом, что превосходит все известные нам представления. Мы подобны сигналам, идущим от единого источника. Но в процессе движения мы проходим различные среды, преломления и искажения. Соответственно мы меняемся. Но и среды, через которые мы проходим, сотворена этим же сверхразумом, и являются лишь составными частями единого поля(1).
И потому, когда меняемся мы, то меняется и среда, а соответственно меняется и Он. Наш всеобщий источник. Поэтому те, кто утверждает, что нас сотворил Абсолют, который в нас и через нас получает свои опыты, по-своему правы. В независимости от того, как они его называют и представляют. Он источник всех полей, всех частиц, и всех форм.
А дальше две полярные крайности вступают в бессмысленное противоречие друг с другом. Одни настаивают, что только Он может вносить изменения в нашу жизнь, и тело, как её частный случай. Другие же утверждают, что обладая полной свободой воли, они сами решают, как им жить. И те и другие по своему правы, но не слышат оппонента, который рассказывает им о другой стороне той же самой медали.
Конечно, источник направляет сигнал, что многократно преломляясь, воспринимается нами как материальная форма, созданная Творцом. И, конечно же, на получаемые сигналы более тонких вибраций мы откликаемся сообразно нашему понимаю, наблюдая ту самую свободу воли, когда из коридора возможностей, мы в силу разных причин выбираем лишь узкий сегмент.
— Тезис, антитезис и синтез. То, что нужно. Я бы поаплодировал, но в этом пространстве не предусмотрено такой возможности. По крайней мере, на бесплатной основе. А за ту сумму, что придётся доплатить я смогу вытащить отсюда еще несколько человек. Поэтому давай перейдем к насущному вопросу. Как ты наверняка заметил, в нашем мире произошли некие изменения. И мне они, мягко говоря, совсем не по душе. Откатить назад произошедшее я не смогу, как и спасти всё человечество. Но просто плюнуть на всех тоже нельзя, так как пространство, в котором мы оказались чрезвычайно сурово и абсолютно нетерпимо к одиночкам. Поэтому нужно придумать, продумать и описать среду, которую вытаскиваемые мной из этого стазиса люди будут добровольно защищать и поддерживать, как альтернативу тому ужасы, что творится за её пределами.
— А что собственно там твориться? — не без интереса спросил Саймон.
— Бесконечная война всех против всех, где за убийство награждают увеличением силы.
1) Единая теория поля
