Но, как бы, то, ни было, всех телепортом враги забросить смогут навряд ли, особенно если учесть, что ахионские раковины расположенные в городе Геграокум уничтожил. А пешие подкрепления из деревень и возможные налёты авиации вполне купировались обычным увеличением дистанции с населёнными пунктами.
Но как Адмирал был вынужден возвращать свой обелиск из-за угрозы системного штрафа, так и гномы были ограничены в свободе манёвра, и не могли сменить сектор. Точнее, они могли это сделать, но тогда, когда обязательства перед Системой по адаптации новеньких лягут на Шелгрим, отвечать придётся не только за тех, кто будет находиться с ними в одном секторе в этот момент, но и за тех, кто останется по эту сторону секторальной границы. А так как лишние обязательства клану совсем не к чему, придётся маневрировать в секторе Небесной Жемчужины.
Сами же гномы не были заинтересованы в городском штурме и устранении Амадо со всеми наследниками прямо сейчас, потому что естественная смена властителя на того, кто фактически контролирует обелиск, произойдет не раньше, чем через месяц. А имея мобильную платформу, в пространстве Тренировочного Лагеря за это время можно сделать ой, как не мало. И лучше потратить этот месяц на себя, нежели чем на обслуживание интересов новичков. Хотя, их, конечно, можно заставить кочевать вслед за движущимся обелиском.
Но это он решит потом, сейчас же нужно обезопасить собираемую духом платформу от посягательств тех, кто решит воспользоваться телепортацией. И если контрмеры против текущего властителя уже отработаны и реализуются, то для любителей драконьего дыхания был подготовлен отдельный сюрприз.
Благо, что союзник гномов за счёт управления электромагнитным полем мог разгонять снаряды до сверхзвуковых скоростей, что он и продемонстрировал, уничтожая порталы быстрее, чем атака противника смогла нанести критический ущерб структуре его вместилиа. Да, оно отлично зачаровано, но и дыхание дракона — это не шутки.
Надеяться же на то, что атак больше не последует, Форгрим не стал, а затребовал со склада снаряды, способные не только навестись по остаточным магическим колебаниям и астральному следу, тех, кто открывал портал, но и переместить непосредственно к ним вложенный в болванку каскад заклинаний, даже если переход был односторонний. А боевые чары были составлены таким образом, чтобы в момент разворачивания не повредить обелиск, если вдруг он окажется в зоне поражения.
Специфические боеприпасы. И очень дорогие.
Ему их выдали без колебаний.
* Через какое-то время *
Армия. От этого слова, от того образа, что стоял за этим термином, у Тара теплело в груди. Не мудрено, ведь на службе он провёл 47 лет. А если учесть, что период до легиона сержант жизнью вообще не считал, то можно смело сказать, что армия для Тар’Мак’Кина была синонимом слова жизнь.
Наёмная же армия ничего кроме отвращения у него не вызывала.
Казалось бы, разница всего в одном слове, но нет. Разница фундаментальна и между двумя этими структурами лежит не пропасть, но бездна.
Если армия есть суть щит и меч государства, сжатая в кулак рука его народа, чьё предназначение — это защита своих родных и близких, то наёмная армия — это сброд, для которого кроме собственной наживы ничего и не существует.
О громболар (2), как же низко он пал, если вынужден ради сохранения остатков легиона заниматься подготовкой наёмников. О Гар’Кагх(3) дай ему терпения для занятий с этими отбросами!
Но не бывать тому, чтобы седьмой гвардейский склонил голову перед обстоятельствами. Не в его смену!
Он уже прикинул, что можно сделать, чтобы обернуть ситуацию себе во благо. Ведь если рекрутам вложить в голову правильные идеи, то они могут стать не наёмным отрепьем, а тем мясом, что нарастёт на костях легиона.
Кто будет к рекрутам ближе всего? Глава? Его представитель? Смешно!
Нет у новобранца роднее и ближе существа, чем его сержант! Он ему и отец и мать! А так же будильник, наставник и спарринг партнёр. Ничего, он выбъет из них всё дерьмо и вложит на освободившееся место правильные вещи. Легион еще расправит свои крылья!
Нужно только этого Саймона аккуратно взять в оборот, так чтобы он своё дело делал, но на благо крылатых черепов.
Приведя мысли в порядок Тар, вошел в пространство обелиска и отправил запрос, дающий ему доступ к находящемуся в стазисе разумному.
О том, что он слеп его предупредили, но вот о том, что он настолько тщедушен, ему ничего не сказали. Не кожа и кости, конечно, но далеко не самый крепкий представитель своей расы.
Сержант относился к людям без предрассудков. И без пренебрежения. Ведь за время службы в легионе, кого он только там ни видел, поэтому, на что способны представители этой расы Тар знал. Оставалось только понять, что из себя представляет конкретно этот человек.
И это можно было начать выяснять прямо сейчас.
