Раненая лисица сразу же отпрянула от нее. Айна отступила назад, подняв нож. Но зверь не собирался нападать. Он схватил в зубы крошечного детеныша и умчался в темноту.
Умирая с голоду, Айна побрела обратно к пещере. И снова в поле ее зрения оказалась огромная фигура спящего нагамора.
Затем все вокруг замерцало. На мгновение лес исчез, и Айна оказалась подвешенной в белом небытии. Она никогда не видела ее раньше, эту жуткую пустоту: такую безмолвную и неподвижную.
Но белизна исчезла так же внезапно, как и появилась. Айна вернулась в тот же лес, на то же место – под защитное поле в нескольких шагах от нагамора.
«Что, черт возьми, это было?»
У девушки не было времени на размышления. Из-за щита донесся мягкий неровный скрежет чешуи о камень. У Айны кровь застыла в жилах, когда существо, разбуженное белой вспышкой, подняло голову и повернулось в ее сторону.
Выпуклые змеиные глаза, предвещающие боль, сверкнули во мраке ночи. Затем грузное тело рвануло вперед и ударилось о щит.
Айна бежала, спотыкаясь и не оглядываясь. Без щита встреча с нагамором вызвала бы сильные галлюцинации – три года мучений уместились бы в эти три минуты.
Жизнь в этом царстве и так достаточно горька. Девушке не хотелось страдать еще больше.
Камни загрохотали под напором нагамора. Уклонившись от щелкавшего клюва чудовища, девушка выхватила лук и выстрелила ему в брюхо. Хвост пронесся в воздухе, отбив ее стрелы. Чудовище извернулось и нанесло очередной удар. От отчаяния Айна стала выпускать стрелы не целясь. Змеевидное тело нагамора все яростнее обвивалось вокруг девушки, превращаясь в неизбежный вихрь боли. Колчан Айны больно впился в ее бедро. Тиски нагамора сжимались все сильнее, выдавливая воздух из легких.
И тут земля под Айной вздыбилась, и столб камня пробил кобальтово-синюю чешую чудовища. Нагамор взвился в воздух, а из его бока хлынула кровь.
Освободившись от его хватки, Айна спрыгнула на землю и подняла взгляд, чтобы встретиться с парой более свирепых, чем у нагамора, глаз.
– Мама…
– Глупая девчонка, – прорычала мать, опустив руки и остановив свой ченнелинг.
Земля прекратила трястись, а камни застыли в воздухе, хотя раненое чудовище все еще корчилось от боли.
– Разбудила спящего нагамора! Я буду пороть тебя до тех пор, пока ты не испустишь дух, если, конечно, солдаты Калдрава не доберутся до нас первыми!
– Я ничего не делала, – сказала Айна. – Я просто шла, когда из ниоткуда появилась вспышка белого света!
Ее мать напряглась. Не успела она что-либо ответить, как нагамор вырвался из своей каменной тюрьмы и устремился к земле.
Выругавшись, мать провела большим пальцем по лбу. Из ее ладоней хлынул поток энергии, а под кончиками пальцев задрожала раскрошившаяся земля. В ответ нагамор издал душераздирающий крик и отмахнулся от валунов, словно от мух.
– Беги! – Мать толкнула Айну вперед.
Ее темная энергия закружилась вокруг них, создав защитный купол, но нескончаемые атаки нагамора разрушали его.
Они побежали, и Айна заметила невдалеке мерцание: всполохи света во мраке Мэлина. Изящная серебряная арка, а за ней – яркие поля и еще более яркое небо. Это была одна из торан – врат, ведущих в другое царство. Серебряная арка – путь в верхнее царство Майаны.
Но Айна и ее мать никогда не смогут попасть туда. Они из низшего царства, с душами, погрязшими в грехе. Душами, которые вращались в противоположном направлении. Торана не пропустила бы их, как делала это все эти годы. Таков Закон.
Сердце Айны сжалось. Она была возле тораны, когда нагамор разбил защиту матери. Девушка повернулась перед аркой и потянулась за стрелой, но ее ступни были в крови нагамора, и она поскользнулась. Левая нога ушла назад, прямо между серебряными колоннами. Мягкая трава коснулась ее пальцев.
Мать повернулась к дочери и увидела, что та одной ногой стоит в грязи Мэлина, а другой – в верхнем царстве.
– Белая вспышка, – прошептала она. – Значит, это правда… твоя душа обратилась вспять… теперь ты стала достойной войти в Майану.
– Этого… этого не может быть, – сказала Айна.
Никто не мог вознестись из Мэлина в Майану. Невозможно изменить вращение души.
Нагамор клацнул клювом, а потом выгнул шею, готовясь нанести удар. Айна схватила мать за запястье и потащила за собой через торану. Но врата не поддавались. Невидимый барьер не позволял матери Айны даже на волосок оказаться в верхнем царстве.
Айна знала, что ее мать не была хорошим человеком. Да, она не так плоха, как Калдрав, жестокий и деспотичный король Мэлина, однако годы отягощения души сделали свое дело. Но если торана отвергла ее мать, то Айну она пропустила…
– Теперь ты майани, глупая девчонка! – Мать вырвалась из хватки Айны. – Так велел Торанический Закон! Отпусти меня и отправляйся в новое царство!
– Без тебя я никуда не пойду, – заявила Айна и шагнула назад в Мэлин. – Я останусь здесь, мама. Я…
Мать дала ей пощечину, разбив Айне губу.
