К радости ребёнок оказался не замешан. Прочитав послание, она, не понимая в чём дело, отправилась на поиски матери. А вот Санни отреагировала странно. Свернув письмо, спрятало то под одеждой и выйдя из покоев, поспешила в сад. Фарис ушёл раньше и разумеется в саду она никого не встретила. Вот только отправилась она не к себе, а к парню.
— Вот теперь пора. — Поднявшись, решительно произнёс Граер.
— Говорила я тебе прекращать все дела с коалицией? Может, это князь нас проверял?! — Стоя по другую сторону, прозрачной для нас стены мы наблюдали за происходящем в комнате.
— Перестань. Князь и шагу без позволения папочки не ступит, а он тоже в деле.
— Нашёл кому верить! Он нас первый сдаст, этот Михаил.
— Что ты сейчас от меня хочешь? — устало спросил у женщины Фарис, растирая лицо руками.
— Нужно бежать! Как можно быстрее и как можно дальше!
— Санни, не нужно слишком серьёзно всё воспринимать.
— Ты в курсе, что нам светил за нарушение клятвы хранителю?!
— Мы должны были упасть замертво, как только задумали измену, но до сих пор живы. Кровь не вода.
— Фарис, послушай, нужно уходить.
— Никуда я не пойду! Тем более сейчас.
— Действительно, — зайдя через дверь, бросил князь. — Вы уже никуда не пойдёте. Увести! — Скомандовал он боевикам. Виновники даже не пытались сопротивляться. — Поможете с отцом? — обратился Арсений к нам.
— Конечно, — ободряюще сжав плечо, произнёс Граер.
Михаил обнаружился в своих покоях. Безмятежно прикрыв глаза, он дремал в кресле-качалке.
— Отец!
Открыв глаза, прежний глава смерил нас, стоящих полукругом, оценивающим взглядом.
— Узнал. И что теперь будешь делать? — заломив бровь, поинтересовался виновный, который себя таковым явно не считал.
— Тебе известно наказание за измену. — Произнёс Граер, но взгляд Михаила всё так же был направлен на сына.
— Пока побудешь в темнице, вместе с сообщниками. Судьба ваша решиться завтра.
— Спасибо и на том, — шутливо поклонившись, старик вышел из комнаты.
— Ты куда? — крикнул вслед князь.
— В темницу. Куда ещё…
— Ты действительно убьёшь их всех?! — не верила я своим ушам.
— Моя боль больше твоей! — рявкнул, не сдержавшись князь. — Но такое прощать нельзя. Мы чуть не погибли из-за их интриг. Если в случае Авенира причина была достойной, то эти… Они предали клан ради какого-то золота!
— Арсений прав, — вступился за него Граер. — Мы не должны спускать с рук подобное. Если хочешь, приговор в исполнение приведу я.
Прикрыв глаза, князь уронил голову на руки.
— Я сам.
— Как знаешь. На всякий случай буду рядом.
— Почему? Они же часть клана, моя семья…
— Враги никогда не придают доверия, а вот те, кого считаешь своим, частенько. — Присел рядом Граер.
— Ладно, уже ничего не поделаешь. Завтра в полдень, на старом кладбище. — Не желая больше показывать своей слабости, князь вышел первым.
— Думаешь, справиться? — спросила кентаврида у короля.
— Сомневаюсь.
Полуденное солнце по-весеннему припекало. Иней, оставшийся на земле после ночных морозов подтаял и превратился в жижу, на которой разъезжались неосторожно поставленный ноги. С момента объявления в городе об измене, все были в подавленном, полусонном состоянии. Вот и сейчас, собравшись не смотря на опасность со стороны коалиции на кладбище, а по сути в степи за городом, маги с немым вопросом в глазах смотрели на Михаила. Да, к нему вопросов было больше всего. Как мог бывший глава, отец нынешнего князя и душа компании так поступить? Поставив мужчин на не так давно, сделанное плато, князь обнажил меч. Женщина, узнав о прилюдной казни отравила себя в темнице. Мужчины не оказались настолько дальновидными, что бы носить яд с собой и вот теперь стояли на эшафоте.
— Эти маги, — разнеслись над площадью слова князя, — предали клан. В и без того тяжёлое и опасное время они перешли на сторону коалиции. Как князь клана, я выношу им единственное возможное наказание ‒ смерть.
Резкий взмах мечом и Фарис, с яростью во взгляде и перерезанной шеей упал. Дождавшись пока он затихнет, князь поднял взгляд на отца.
— С тебя всё равно не выйдет достойного князя! Самой большой моей ошибкой, в которой я раскаиваюсь, было передать тебе клан! — волной прокатилось магически усиленное над толпой.
— Даже в последние минуты своей жизни ты остаёшься подлецом. — Бросил Граер, презрительно глядя на Михаила. — Давай я? — обратился он князю.
Кивнув, князь отступил назад.
Бывший глава хотел ещё что-то сказать, но не успел. Удар Граера оказался сильнее и голова, прокатившись по земле остановилась у ног князя. Побелев, он резко вздохнул отведя взгляд.
— Сжечь согласно традициям короны. — Отдал приказ Арсений двум магам стоящим у помоста. — Остальные возвращаются в город. — И не глядя больше в сторону тел, покинул нас.
— Казни всегда неприятны. — Плотно сжав губы, сказал Граер, придерживая меня за руку при спуске. — Не понимаю тех, кто получает от подобных зрелищ удовольствие.
— Я до сих пор не верю в то, что он нас предал. Может, это старческий маразм?
— Старческий? Не смеши. Он соображает не хуже любого из нас. Просто его тип людей часто заканчивает подобным образом.
