После этого поцелуя, который потряс ее до основания, Вэн отступил от нее и жестом указал на дверной проем, не говоря не слова, всё еще тяжело, хрипло, шумно дыша. Она поколебалась, потом побежала к двери и оказалась внутри в относительной безопасности Храма с людьми. Конлан остановился на пути к выходу и посмотрел на нее, походя на брата, а в его глазах виднелось сочувствие.
— Не бойся его, певчая драгоценных камней. Он жизнь за тебя отдаст.
Аларик прошел с другой стороны от нее.
— И почему я один переживаю насчет этого? — пробормотал он, потом продолжил свой путь к двери, словно мрачный хищник-жнец.
Она положила руки на бедра, изображая самообладание, которого не ощущала.
— Он только что сказал, что я не покину Атлантиду. Если он полагает, что сможет удержать меня здесь против моей воли, то бояться следует именно ему.
Конлан улыбнулся и неожиданно наклонился и быстро поцеловал ее в лоб.
— Я не мог и желать более достойной пары своему брату, Ведьмочка.
Ее рот широко открылся. Но прежде, чем она смогла что-то ответить, он ушел, последовав за Алариком.
Кто-то тут же стал орать на кого-то другого, и она не хотела этого слушать. Девушка отошла от шума к столу, высоко подняв голову. В комнате теперь не было никого, кроме Райли и Мари, так что воины, вероятно, воспользовались черным ходом.
Райли не встала, а протянула руку, указав на кресло напротив нее. — Прошу, присоединяйся, пока мальчики немного побьют друг друга, — сказала она устало, но с улыбкой.
Мари подошла к Эрин с хрустальным графином.
— Еще кофе? — спросила она, как будто это был обычная женский завтрак, и Вэн вовсе не сбил Кристофа на пол рядом с тем местом, где она стояла.
Эрин пожала плечами.
— Так водится в Атлантиде, я полагаю, — пробормотала она. — Да, я бы не возражала против кофе, прошу. И вероятно, еще валиума в шоколаде?
Мари улыбнулась, налила кофе, пробормотала что-то про обязанности и проскользнула легкой, словно лебединой походкой. Эрин смотрела, как она уходит по коридору, потом повернулась лицом к Райли. Она могла чувствовать жар румянца, горящего на ее щеках, но попыталась не обращать на него внимания.
— Так ты выходишь за Конлана замуж. Он похож на своего брата?
Райли рассмеялась.
— Я думала, когда ты спросишь об этом. Две горошины в стручке, вот только по-настоящему сексуальные горошины в подводном стручке, если продлить метафору.
— Тебе тоже достается речь на подобии «Я — воин, делай, как я сказал?»
Райли закатила глаза.
— Скажем так, он пытается, и оставим эту тему. В их защиту скажу, что это впечатано в их гены, а потом годами тренировок вбито в них, Эрин. После этого веками они живут только для того, чтобы защитить и оградить человечество. Как только понимаешь, что имеешь дело с воином, то учишься иногда уступать.
Эрин попыталась осознать это предложение.
— Так ты говоришь, что позволяешь Конлану так себя вести?
— Ты шутишь? Если я уступлю ему на дюйм, он запрет меня в моей комнате «Для моей же безопасности», — Райли очень хитро улыбнулась. — Тебе нужно постоять за себя, Эрин. Что бы там не говорили тебе твои гормоны.
Лицо Эрин снова запылало.
— Гм, вот об этом. Это немного личное, но ты и Конлан… — она замолчала, не в состоянии придумать, как бы поделикатней задать вопрос.
— Спариваемся, как кролики? — сухо спросила Райли.
Эрин не смогла удержаться от хохота.
— Я собиралась сказать «что-то вроде пламени, разгорающегося между вами», но кролики тоже сойдут.
— Я подумала, что немного смеха поможет снять напряжение, — ответила Райли, потянувшись за стаканом сока. — Он тебе рассказал о смешении душ?
— Нет, но Мари упомянула об этом. Что это значит? И не говори мне, что Вэн мне пояснит, или мне придется взять в заложники твои булочки, — и ее угроза была лишь отчасти шуточной.
Райли вытянула руки, чтобы прикрыть тарелку.
— Прикоснешься к моей пахлаве, и кто-то пострадает, — улыбаясь, предупредила она.
— Ладно, ладно. Твои булочки в безопасности от меня, так как ты ешь за двоих. Но, серьезно, мне необходимо знать, что такое смешение душ.
Улыбка исчезла с лица Райли, и она кивнула.
— Ты заслуживаешь правды, особенно принимая во внимание то, как Вэн ведет себя с тобой. — Он посмотрела на дверь, но там не было никого, хотя они всё еще слышали снаружи приглушенные звуки спора троих мужчин.
— Смешение душ — это древнее наследие, которое, очевидно, очень редко происходило тут за последние несколько тысяч лет. Как гласит легенда, некоторые атлантийцы обладают способностью достигнуть высшего, почти божественного уровня связи с человеком, в которого они влюбляются. Когда это происходит, то двери в их души открываются, и каждый может путешествовать внутрь другого, — Райли замолчала. Закусила губу, потом продолжила. — Это связь намного сильнее, чем всё, что угодно, и близость с тем, кто смешан с тобой душой, просто выбьет тебя из колеи.
Эрин посмотрела на женщину, ее мозг напряженно работал.
— Но я не совсем атлантийка, возможно, на одну тысячную часть или что-то вроде того.
