– Мы можем и не найти его, – мягко сказал Свят.
– Я знаю.
Оба посмотрели друг на друга и в полном согласии направились дальше, уверенные, что им суждено сгинуть.
Сколько бы они ни шли, все оставалось прежним. День не сменялся ночью, ветви мертвых деревьев не шевелил ветер, над их головами клубилось густое серое марево. Силы покидали Варну и Свята, они останавливались, чтобы передохнуть, а затем снова отправлялись в путь. Им не нужно было ни еды, ни воды, ни праздных разговоров. В угрюмом молчании они двигались вперед, уже смирившись со своей участью.
Неизвестно, сколько прошло времени, когда Варна услышала песню, слова которой знала с самого детства. Поднявшись с кочки, на которой сидела, она прислушалась. Песня, словно путеводная нить, звала ее вперед, туда, где не было ничего, кроме выжженной пустоши.
– Пойдем. – Она протянула Святу руку. – Ты слышишь ее?
– Что, если это козни одной из местных тварей? – Он хмуро посмотрел на нее.
– Нет. – Варна покачала головой. – Это Рослава.
Они пошли на зов и вскоре увидели серую речку, а над ней – ничем не примечательный мост. Варна тут же поняла, где они находятся, – песня привела их к выходу из Нави.
Воздух над мостом дрожал, сквозь него она увидела зеленый лес и женщину, сидящую под деревом.
– Ты доверишься ей? – спросил Свят.
– Доверюсь, – ответила Варна.
Они вместе перешли мост. Ветер тут же налетел на них, принеся с собой запах зелени и теплой земли. Варна с жадностью вдохнула чистый воздух и едва не рассмеялась от облегчения.
По привычке потянувшись к мечу, она вспомнила, что оставила его в теле Злата. Что ж, придется приблизиться к ведьме без оружия.
– Варна. – Свят попытался ее остановить.
– Оставь. – Она мягко высвободила руку из его пальцев и покачала головой. – Она не причинит мне вреда.
Рослава допела свою песню, и воздух над мостом перестал дрожать – проход в Навь закрылся. На земле перед ней кровью были начертаны древние символы, а сама ведьма казалась едва живой.
Варна подошла к ней и присела на корточки. Вблизи Рослава выглядела еще хуже: на шее зияла рваная рана, сочащаяся кровью, на лбу выступила испарина, зеленые глаза лихорадочно блестели. Она протянула бледную руку, и Варна без страха сжала ее пальцами.
– Ты спасла нас, – сказала она.
– Но сначала погубила. – Губы Рославы изогнулись в болезненной улыбке. – Вы справились с ним.
– Не таким уж сильным он оказался.
– Упрямая, – с теплотой в голосе сказала Рослава. – Могу ли я попросить Святослава отпеть меня утром?
– Ты умираешь? – Варна почувствовала странное волнение.
– Мне больше незачем жить. Без цели человек не больше, чем соломенное чучело. Тебе, должно быть, хочется самой прервать мою жизнь. Вот, у меня есть кинжал…
– Не нужно. – Варна покачала головой.
Как странно видеть эту непокорную женщину сломленной. Куда подевался ее стальной хребет?
– Они еще не унесли тело девочки, – сказала Рослава. – И попытаются оживить ее, но это будет не жизнь, а мучение. Найдите ее и предайте огню.
Варна кивнула.
– Прощения просить я не стану.
– И не нужно.
– Помоги мне подняться.
Варна подхватила Рославу под мышки и поразилась тому, насколько та легкая, почти невесомая. Рослава оперлась на ее руку и прикрыла глаза, сдерживая стон боли. Варна заметила, что одеяние ведьмы запачкано кровью еще в нескольких местах.
– Я жалею обо всем, что совершила, – призналась Рослава. – Мне казалось, что выбора у меня нет, но он был, всегда был, я просто отказывалась видеть его. Не прощай меня, Варна, но всегда помни о том, что самые ужасные вещи я совершала от большой любви.
Рослава посмотрела на нее, зеленый огонь в глазах ведьмы угас. На прощание она сжала пальцы Варны иссохшей рукой, кивнула Святу и, шатаясь, пошла к мосту. Она, обессиленная и тонкая, удалялась, а Варна смотрела ей вслед и не могла понять, чего в душе больше – ненависти или жалости.
На берегу Рослава упала, не дойдя до моста нескольких шагов. Поднявшийся ветер налетел на нее и поднял в воздух облако праха. Пустое одеяние закружилось в сером вихре и упало в воду. Река унесла его прочь.
После того как пал храм, мертвецы разбрелись кто куда. Вскоре они покинули Ясностан и чем дальше отходили от него, тем слабее становились. Часть стада упала замертво с первыми петухами, а часть продолжала бродить по безымянным землям.
Из охотников выжили девять человек. Кудель пообещал лично найти каждого, кто сбежал, и пороть их до тех пор, пока руки не сотрет.
Светозарные собрались в большом тереме и долго не выходили оттуда, решая, что делать и стоит ли ждать возвращения Святослава. Выяснив, что глава ордена Святых Сестер тоже пропала, они решили, что ее разорвали мертвецы, и попытались найти других сестер, чтобы предложить им выбрать новую старшую, но никого из женщин в городе так и не обнаружили. Вместе с ними пропал и патриарх.
