Анастасия, словно прозрение, вспомнив древнее пророчество, воскликнула: «Наше пламя страсти — вот ключ к победе! Наша любовь, наша дружба, наша вера в себя — это то, что может победить тьму! Мы должны объединить наши силы, должны слиться в единое целое и использовать наше пламя против него, против его тьмы!»
С этими словами они, словно черпая силу из последних запасов, собрали всё своё мужество, всю свою волю, всю свою любовь и объединили свои силы, словно сливаясь в одно целое. Анастасия, словно жрица света, подняла свой меч высоко над головой, и он, словно по волшебству, начал излучать ослепительный, яркий свет, словно изгоняя тьму. Кай, словно берсерк, сосредоточил свою энергию в своих кулаках, и они, словно объятые пламенем, загорелись ярким, жгучим огнём, словно готовясь уничтожить всё зло. Элиас, словно мудрый волшебник, произнёс древнее заклинание, словно призывая на помощь силы света, которое многократно усилило их магию, словно наделяя их божественной силой.
Когда они, словно единый организм, атаковали вместе, свет их пламени страсти, словно мощный луч, столкнулся с густой, всепоглощающей тьмой Малгора. Враг, почувствовав угрозу, словно загнанный зверь, попытался отступить, уклониться от этой могущественной силы, но было уже слишком поздно, словно пересохший ручей уже не мог остановить мощный поток воды.
«Нет! Вы не можете этого сделать! Вы не имеете права! — взревел Малгор, почувствовав, как его сила ослабевает, как он теряет контроль над тьмой, как тьма покидает его, превращая его в ничто. — Вы заплатите за это!»
Но их сила была слишком велика, их вера была слишком крепка. Свет их пламени страсти, словно солнце, рассеял тьму, окутывающую Малгора, и он, ослабленный, разочарованный и поверженный, словно растаявший снег, исчез в клубах теней, словно унесённый ветром.
Когда битва, словно страшный сон, закончилась, они, словно пережившие бурю, почувствовали себя измотанными, обессиленными, но победителями.
«Мы сделали это! — выдохнула Анастасия, её голос, словно дрожащий, был полон облегчения и радости. — Мы победили его, мы смогли!».
Кай, кивнув головой, прошептал: «Но мы должны быть осторожны, должны быть начеку. Если он смог вернуться, если он смог возродиться из пепла, значит, могут быть и другие враги, могут быть и другие угрозы».
Элиас, словно подтверждая его слова, добавил: «Мы должны продолжить наше путешествие, должны идти вперёд, не останавливаясь, и найти способ остановить эту тьму раз и навсегда, чтобы больше никто не пострадал от её гнёта».
С этими словами они, словно три отважных героя, продолжили свой путь, зная, что их миссия стала ещё сложнее, ещё опаснее, чем прежде, но они также знали, что их сила, их мудрость и их единство помогут им преодолеть любые вызовы, любые препятствия, и победить любую тьму.
Конфликт с могущественным противником, словно страшный урок, стал для них напоминанием о том, что тьма, словно сорняк, всегда будет пытаться прорасти, что зло, словно заразная болезнь, всегда будет стремиться распространиться, но они, закалённые в боях, были готовы бороться с ней до конца. Их пламя страсти, их любовь к своим мирам, к своим близким всё ещё горело в их сердцах, словно яркий факел, освещающий им путь во тьме, и они знали, что это пламя поможет им пройти через все испытания, которые ждут их впереди, не сломиться, не сдаться и победить.
— 9~
После жестокой и изнурительной битвы с Малгором, словно выпившей из них все соки, Анастасия, Кай и Элиас, словно выжатый лимон, почувствовали себя опустошёнными, израненными и разбитыми, но, вместе с тем, словно скрепившись кровью, они стали ещё более сплочёнными, ещё более преданными друг другу. Однако, несмотря на их одержанную победу, словно луч света, пробившийся сквозь тьму, мысль о долгожданном возвращении домой, к своим родным и близким, казалась им всё более далёкой, словно мираж в пустыне, ускользающий при приближении. Тьма, словно липкая паутина, окружала их со всех сторон, сжимала своими холодными объятиями, и вселяла в их души сомнения, словно ядовитые змеи, закрадывающиеся в их сердца, терзая их вопросом: смогут ли они когда-нибудь вернуться к своей обычной жизни, к своим семьям, к своему привычному миру?
Однажды ночью, когда они, словно путники, уставшие от долгой дороги, разбили свой скромный лагерь у подножия древних, полуразрушенных руин, словно свидетелей давно минувших эпох, Анастасия, словно нарушив молчание, царившее в их душах, заговорила, её голос дрожал, словно осенний лист на ветру: «Иногда мне кажется, что мы навечно застряли здесь, в этом проклятом мире, что нам никогда не суждено увидеть свой дом, своих близких. Что, если мы так и не найдём способа вернуться, что, если мы обречены скитаться здесь до конца своих дней?»