Айна подавила вздох разочарования. Конечно, всегда найдется «но», ничего не бывает просто так. И даже бесплотный дух чего-то просит взамен. Она ждала продолжения и испытующе смотрела на призрака.
– Я в своем роде тоже пленник, и в плену я так долго, что уже потерял счет времени. Мне ли не понять твоей печали? Признаться, мне даже завидно. Я так стар, что смерти не боюсь, а жажду… Только в моем случае она не наступит никогда.
Айну от его слов обуял озноб, и она обняла себя за холодные плечи, потирая их и согревая. Будто мало ей было самобичевания, так еще и беспокойный дух давил на больное!
– Несмотря на мои собственные оковы, я все еще способен повлиять на судьбы других. Я помогу тебе освободиться… Но кое-что попрошу взамен.
– Ты тоже хочешь освобождения? – догадалась Айна и внимательно посмотрела на него.
Юноша расплылся в одобрительной улыбке.
– Именно. Поскольку я не могу умереть окончательно, не имею возможности раствориться в вечности, то хочу освободиться.
– Но я даже не знаю, кто ты, – возразила ведьма. – Назови хотя бы имя? Расскажи свою историю, призрак, чтобы я знала, смогу ли тебе помочь, если каким-то чудом ты и правда вызволишь меня из заточения.
Юноша встал у окна к ней спиной и чуть помедлил с ответом, словно вспоминал свое имя, забытое так давно, что и не представить.
– Когда-то меня звали Арденом.
В этот же момент он повернул к ней свое лицо и вместо приятных юношеских черт Айне открылся его настоящий облик – облик чудовища, с истлевшей сухой кожей, провалами глазниц, источавших жуткое красное свечение; кости проступали, обнажая голый череп…
Айна вскрикнула.
– Вот чем я стал. Вот чем они меня сделали… – прошамкал Арден полуобнаженной челюстью. – Меня заключили в Пустоту, где нет ничего и никого, лишь я один, незаслуженно лишенный возможности существовать. Больше не осталось ничего от того приятного юноши, чей образ ты видела: только сухой труп, который будет вечно гнить во Тьме и дальше превращаться в монстра.
Айна сглотнула и вдруг прониклась к этому существу толикой сочувствия. Чем-то его рассказ напомнил ей собственную жизнь: ее также несправедливо осудили, не дали и шанса оправдаться, отняли все дорогое, что у нее было, и скоро поведут на плаху. Чудовище, стоявшее перед ней, утратило человеческий облик и выглядело одновременно и страшно, и жалко, а потому ужас, поначалу затопивший нутро Айны, тут же отступил.
– За что тебя заточили в Пустоту? – спросила она, всматриваясь в призрачную фигуру у окна.
Арден рассказал не сразу.
