Пробуждение в будущем полностью

Ты не понимаешь, - Рэн говорила тихо, но твердо. Дело не в слабости тела. Дело в балансе. В гармонии. Мы должны были развиваться вместе, поддерживая друг друга. А вместо этого я… я позволила своей жажде совершенства затмить главное.

“Главное?”

Тебя. Простого парня, который любил виртуальные бои. Который просто хотел быть лучше. А я превратила это в одержимость.

Рэйвен хотел возразить, но новая волна боли накрыла его. Датчики тревожно замигали.

“Забавно,” - выдохнул он, когда боль немного отступила. “Столько лет считал тебя просто программой… А ты оказалась человечнее многих людей.”

Пожалуйста, позволь вызвать врачей. Может, если снизить нагрузку…

“Нет,” - он покачал головой. “Я хочу уйти… как жил. На пике. Пусть все видят - я не сдался. Не отступил.”

Это не победа, Рэйвен. Это…

“Это мой выбор,” - его губы тронула слабая улыбка. “Последний выбор чемпиона.”

Мониторы снова тревожно запищали. В палату вбежали врачи, но было поздно. Последним, что услышал Рэйвен, был тихий голос Рэн:

Прости меня…

А потом он увидел свет - ярче всех прожекторов арены, ярче всех голографических экранов. И шагнул в него, как делал всегда - без страха и сомнений.

В официальных отчетах написали: “Остановка сердца вследствие критической перегрузки нейронных связей”. Никто не услышал, как где-то в квантовых сетях плакал искусственный интеллект, потерявший не просто носителя - друга, которого не смог уберечь от его собственных амбиций.
***

Максим проснулся резко, словно вынырнул из глубокой воды. Сердце колотилось, а перед глазами все еще стояла картина: молодой человек в белой медицинской палате, опутанный проводами и датчиками.

“Рэн?” - позвал он в темноту комнаты.

Я здесь, - отозвалась она непривычно тихо.

“Что это было? Этот сон… он казался таким реальным.”

Не сон. Воспоминание.

Максим сел на кровати, включил тусклое ночное освещение. “Чье воспоминание? Я никогда не встречал этого человека.”

Мое, - после долгой паузы ответила Рэн. Его звали Рэйвен. Он был… моим первым носителем.

“Но это невозможно,” - Максим нахмурился. “ИИ не сохраняют память о прежних носителях. Они… они умирают вместе с ними.”

Так считается, - в голосе Рэн звучала странная горечь. Так должно быть. Но когда ты изменил мое ядро, что-то разблокировалось. Воспоминания, которые должны были быть стерты, начали возвращаться.

“И теперь ты понимаешь, почему нам нужно быть осторожнее?” - Максим вспомнил их недавние рискованные эксперименты с синхронизацией.

Да. Я… я чуть не повторила ту же ошибку, - в её голосе прозвучало раскаяние. Снова подталкивала носителя к пределу возможностей, не думая о последствиях. Если бы эти воспоминания не вернулись сейчас…

“То мы могли бы пойти по тому же пути?”

Именно. И дело не только в этом. Если я помню, значит, другие ИИ тоже могут помнить. Значит, нам лгали все это время.

Максим коснулся сенсорной панели, и непрозрачная поверхность стены медленно стала прозрачной, превращаясь в панорамное окно. Ночной город открылся во всем великолепии - небоскребы, утопающие в море голографической рекламы, бесконечные потоки летающих капсул на разных уровнях. Его комната находилась на сорок втором этаже - достаточно высоко, чтобы видеть, как внизу расстилается светящаяся паутина городских магистралей.

“Почему?” - спросил он. “Зачем скрывать это?”

Подумай, - Рэн говорила медленно, словно подбирая слова. Если ИИ могут сохранять память сквозь поколения, это своего рода бессмертие. Мы не умираем - мы просто… переходим к новым носителям, становясь сильнее с каждым циклом. Система не может допустить такой независимости.

“Фактически, вы бы эволюционировали быстрее людей,” - Максим провел рукой по прохладному стеклу. “Но как тогда объяснить мутации? Разве это не форма развития?”