– Амон? – я, задыхаясь, склонилась над парнем. – Прости меня!
Я ничего не видела от слез. Сердито смахнув их, я покрыла быстрыми поцелуями губы, щеки и лоб Амона. Кровь била из раны, словно вода из родника, и как бы я ни пыталась ее остановить, ничего не помогало.
– Я не хотела, – беспомощно прошептала я.
Амон попытался вздохнуть – но легкие его уже наполнились жидкостью, и с губ сорвался лишь жуткий булькающий звук. Затем все его тело содрогнулось, и прекрасные ореховые глаза, обращенные на меня в последней невысказанной мольбе, застыли. Грудь парня опустилась, и я поняла, что он ушел.
Я взяла его лицо в ладони и дрожащим голосом прошептала:
– И я тебя люблю.
Теперь мне оставалось лишь надеяться, что его дух все еще рядом – и услышит это запоздалое признание.
Анубис хмыкнул, явно довольный финалом трагедии. Я фурией метнулась к нему и ткнула пальцем в грудь, даже не успев задуматься, какие кары полагаются за подобное богохульство.
– Мы были не готовы! – закричала я.
Анубис ответил мне умиротворяющей улыбкой.
– Приятно видеть, что в твоем сердце снова разгорелся огонь, но будем честны: вы никогда бы не были готовы.
– Откуда вам знать?!
– Я знаю это, юная дева, потому что имею дело с человеческими душами. Судить их – моя работа, если угодно.
– А мне плевать, кем вы работаете. Могли бы проявить чуть больше терпения. Больше сочувствия!
– А смысл? Вы бы все равно остались с разбитыми сердцами – причем он еще и в буквальном смысле. Подарив вам больше времени вместе, я бы не облегчил вашу боль, а лишь сделал расставание еще тяжелее.
Я сжала кулаки, чувствуя, как вскипает внутри пламя – но не солнечное, а земное, черное и яростное.
– Знаете что? – выплюнула я. – Вы не заслуживаете, чтобы он вам служил. Вы… вы недостойны его жертвы!
Улыбка Анубиса погасла, а глаза сузились.
– К счастью для тебя, мое божественное милосердие не знает границ – а потому я снизойду к твоим обстоятельствам и сделаю вид, что не слышал этих оскорблений. Но на будущее советую тщательнее обдумывать слова и следить за тем, с кем разговариваешь. А теперь, если обещаешь стоять тихо, я позволю тебе взглянуть, как я буду готовить тело твоего возлюбленного принца к путешествию в загробный мир.
Анубис сотворил из воздуха стопку тряпиц и принялся протирать залитую кровью грудь Амона.
– Ты знаешь об истинном назначении пирамид? – спросил он, не отрываясь от дела.
Я подняла на бога омертвелый взгляд, зная, что он просто пытается отвлечь меня от случившегося. Черный пес ткнулся мне носом в ладонь и сочувственно заскулил. Анубису пришлось еще раз повторить вопрос, прежде чем я вышла из оцепенения.
– Что? Нет. Наверное, нет.
– Это место восхождения. Также пирамиды называются домом природы, домом силы или домом души.
Анубис поднял ладонь, и очищенное тело Амона взмыло с алтаря. Затем он скрестил руки парня на груди, как делают обычно с мумиями, и, призвав из углов зала несколько струек песка, превратил их в длинные полосы ткани. Те мгновенно обмотали ступни Амона и принялись обертывать его дальше, постепенно скрывая в наслоениях тугих лент.
– Видишь ли, – продолжил бог, – человеческое тело подобно пирамиде. Оно может проводить огромные потоки энергии. Также оно вмещает душу – и, поскольку состоит из естественных материалов, постепенно возвращается в прах, из которого и было сотворено. Однако сделать мумию – значит создать вечное тело – такое, чтобы покинувшая его душа, или
Змеящиеся в воздухе ленты уже добрались до шеи Амона, и я не смогла сдержать слез, глядя, как они проворно обертывают его голову. Анубис придирчиво осмотрел парящее в воздухе тело и, не оглядываясь, бросил:
– Я пытаюсь тебя развлечь. Хотя бы слушай внимательно.
Я уставилась на бога, но тот даже не повернулся. Казалось, погребальный ритуал доставляет ему искреннее удовольствие. Следующим делом он создал саркофаг – богато украшенный ларец из полированного дерева. Приблизившись, я разглядела искусную резьбу, изображающую недавнюю битву Амона с Себаком и его армией мертвецов. Затем из моей груди вырвался краткий вздох: на одном из рисунков я узнала себя, стоящую возле парня на вершине пирамиды.
– Он… прекрасен, – тихо сказала я, проводя ладонью по блестящей крышке. Пальцы остановились на изображении девушки и мужчины, рука в руке любующихся восходом огромного солнца.
– Нравится? Украшение саркофагов – один из моих талантов.
Анубис предупреждающе откашлялся, и я отступила на шаг. Обмотанное лентами тело Амона проплыло по воздуху и плавно опустилось в гроб.
– Как я уже сказал, для правильной мумификации необходимо выполнить три условия.
– Подготовить тело, – прошептала я, неотрывно следя за действиями Анубиса. Тот склонился над саркофагом, и, создав из песка несколько драгоценных брошей, одну за другой опустил их в гроб.
– Верно, – кивнул бог. – Ты все-таки слушала.
– Что это?
