- Понятно, что леди Старк, наконец, решила выказать своё недовольство твоим навязчивым стремлениям защищать её. Право слово, твоё поведение уже начало переходить границы разума и приличий, - негромко произнес Рид, когда Гловер оказался буквально в двух шагах от него.
- Я выполняю приказ лорда Старка, - прошипел Этан, грозно набычившись и крепче стиснув рукоять меча.
- И заходишь в этом слишком далеко, - холодно отрезал Хоуленд. - Тебе не приходило в голову, что попытка заночевать под её дверью в первую ночь после нашего прибытия сюда это перебор? Не говоря уже об оскорблении Баклерам. Если так пойдёт дальше, люди могут решить, что ты возжелал залезть под юбку будущей королеве.
В ответ на это Этан возмущенно вытаращился на него.
- Да ты!.. Да я бы никогда!.. - попытался ответить он, едва не давясь воздухом.
Хоуленд устало вздохнул.
- Я это понимаю, Этан. В твоих действиях нет ни щепотки вожделения, лишь желание искупить мнимую вину за гибель Брандона, - ответил он, чуть смягчившись. - Уверен, что леди Лианна это тоже понимает, - продолжил он, подняв ладонь перед собой, чтобы остановить вскинувшегося было Гловера. - Но готов ли ты поручиться за то, что лорд Баратеон воспримет твои действия так же? Особенно после всего произошедшего.
Этан чуть опустил плечи и впился хмурым взглядом в ближайшую стену. Хоуленд кивнул ему, принимая его молчание за ответ.
- Но на мне лежит ответственность за её безопасность, - недовольно пробурчал он.
- Вот и занимайся этим, а не преследуй её на каждом шагу, рыча на каждого встречного, - фыркнул Рид. - В начале нашего путешествия от сгоревшей башни у тебя неплохо получалось.
Гловер насупился, но ничего не сказал.
- В любом случае, мне нужно переговорить с леди Старк о нашем пути в Королевскую гавань, - покачав головой, сказал Хоуленд, после чего развернулся и продолжил свой путь в богорощу. - А ты, всё же хорошенько обдумай мои слова. Вреда от этого не будет, - бросил он на прощание.
Уже у самых ворот до него донёсся треск многострадального бревна.
* * *
Богороща в стенах замка Бронзовые Врата представляла собой уложенный фруктовый сад. Травяные аллеи блуждали между многочисленных фруктовых деревьев, манящих своими сладкими плодами. Воздух наполняли ароматы цветов, высаженных на клумбах. В ветвях щебетали мелкие птицы. Всё здесь буквально дышало летом и в равной степени рукотворной и природной красотой.
Хоуленду такая картина казалась непривычной и даже несколько чуждой. Незнакомые растения, четкие линии и ухоженные клумбы просто не вязались с его представлениями о богорощах. На его родном болотистом Перешейке из-за особенностей местности капища вообще обычно располагались поодаль от людских поселений на редких пригорках, которые никогда не затапливало. Никому и в голову не могло прийти как-то изменять эти первобытные уголки в угоду своим прихотям. Дальше на Север богорощи у замков лордов часто находились в черте стен, но даже так они оставались частичками дикого леса. Эти места принадлежали богам с предками, и негоже смертным искажать их суть. Жаль, но здесь, на юге, под властью веры в Семерых, об этом давно позабыли.
Да, сад был красив и полезен, но для любого истинного последователя Старых Богов он был просто садом, который южане будто в насмешку называли богорощей.
Впрочем, так было только на поверхности. Непривычная глазу картина вводила в заблуждение, но если уметь смотреть глубже, то это место открывалось совсем с иной стороны. Богороща Бронзовых Врат обладала тем, чего были лишены многие и многие другие древние капища к югу от Перешейка - полноценным чародревом с ликом, которым могучее древо наделили еще резчики Детей Леса. Именно оно совершенно меняло дух этого места, превращая сад в настоящее место поклонения.
За время войны Хоуленд успел побывать в нескольких старинных замках юга, в которых сохранились древние богорощи, и до сих пор с содроганием вспоминал об этом. Блеклые, полумертвые остовы былого величия, отчаянно цепляющиеся за своё существование, - вот какими представали они перед ним. Он никогда в жизни не видел ничего более жалкого, чем богороща, лишённая своего истинного сердца, а ведь на юге таких было большинство - фанатичные последователи Семиконечной звезды об этом позаботились.
Хоуленд не знал, как роду Баклеров удалось сохранить своё наследие во времена воинствующей веры, но был по-настоящему счастлив побывать здесь. Ощущение близости к чему-то родному после всех этих напряженных месяцев было по-настоящему ценно.
