Я не знала, потому и мучилась. То есть сначала я вертелась в спальнике (что не так легко, как кажется), потом, пыхтя, из этого спальника выпутывалась и, наконец, принялась бродить по лугу. Подальше от спящих. Ну не могу я спокойно лежать, когда в душе раздрай! Дома я бы сразу занялась чем-нибудь полезным, например, помыла пол или сготовила французский киш. А если бы не помогло, отправилась бы мыть квартиру брату. Ох, как он любит, когда у меня душевный раздрай! Время от времени звонит, спрашивает: “Вик, ты там ещё ни с кем не рассталась? А то у меня завтра свидание, а дома свинарник. Ты не поможешь? Нет? То есть как ещё не рассталась? Хм, а дай-ка номерок этого донжуана, я с ним поговорю, и он быстро тебя бросит. Не дашь? Тогда сейчас в соцсетях его найду”. Именно поэтому родной брат у меня в вечном бане что “ВКонтакте”, что в “Facebook”, да и вообще везде. Думаете, он шутит? Чёрта с два, я так с двумя своими бывшими рассталась. Впрочем, оба, кажется, только того и ждали.
Но да, брат у меня - тот ещё кадр.
Я вспоминала его, пока шагала по цветам, вспугивая светлячков. Неужели я могу никогда больше его не увидеть? Если у нас со Стивеном ничего не получится... Это всё ведь не игра. Это совсем не игра! Боже, а если меня и правда могут здесь убить!
Да, я тогда впервые это осознала и ещё никогда не была так близка к панике.
- Виктория, что случилось? - тихо спросил Вильгельм. Он стоял совсем рядом. Наверное, давно уже за мной наблюдал, просто я за своими страданиями не замечала.
А потому подпрыгнула от неожиданности и чуть не упала в заросли лопуха. Какого-то очень большого лопуха, с пол меня ростом. Какие всё-таки огромные в этом мире растения!
- Извини, - Вильгельм поднял руки, показал мне открытые ладони. - Я не хотел тебя пугать. С тобой всё в порядке?
Нет. Со мной не всё в порядке.
Я обхватила себя руками, постаралась поймать его взгляд, но лунного света не хватало, и на месте глаз Вильгельма я видела только глубокие тени. Жутковатые.
- Я. . . Я обидела тебя. Прости. - И замолчала.
Я думала, он хоть что-то скажет. Но он просто стоял и смотрел на меня. И тоже молчал.
Тогда у меня вырвалось:
- Я просто очень хочу домой.
Обычно, слыша это, Вильгельм тут же заводил шарманку: я сделаю тебя счастливой, ты ещё просто не понимаешь, как тебе повезло, позволь мне о тебе позаботиться, доверься... Каждый раз при этом я чувствовала себя пойманной в клетку птицей. Кто её отпустит, если она такая забавная? И кормить будут хорошо, и заботиться, да. Только не отпустят.
- Я знаю.
У меня защипало в носу, и перед глазами всё вдруг расплылось от слёз. Конечно, он знает, я ему сто раз говорила. Только... Чёрт, я очень, очень хочу домой! И рядом нет никого мне близкого, чтобы понял.
Наверное, поэтому я протянула руку единственному человеку, который оказался рядом.
Вильгельм стоял, не шевелясь, когда я подошла ближе, и только в последний момент осторожно коснулся моих пальцев. Наверное, он не ожидал, что я брошусь ему на шею. Да я и сама не ожидала, но мне так нужен был кто-нибудь, хоть кто-то, кто угодно... Вильгельм всего лишь оказался рядом.
Он замер сначала. Я не доставала ему до плеч, разве что на цыпочки бы встала, но так было неудобно, поэтому я всхлипывала куда-то в район его груди. В сорочку. Она приятно пахла травами и яблоком...
Потом он всё-таки обнял меня, осторожно, нерешительно. Крепко сжал, мне даже стало на мгновение нечем дышать. И шепнул:
- Я не могу тебя отпустить.
Я вытерла рукой лицо.
- Я знаю.
Звёзды танцевали у нас над головой, а вокруг - светлячки, которые всё никак почему-то не возвращались обратно в цветы. Кажется, они изображали спираль, и наверняка это было не просто так, а снова магическая штука, очередной волшебной барьер Вильгельма. Эти мелочи меня тогда не интересовали.
Вильгельм поднял мой подбородок и, глядя в глаза (теперь я хорошо его видела; конечно, мы же стояли так близко), сказал очень просто и очень спокойно:
- Я люблю тебя.
Что-то у меня внутри оборвалось, но я выдавила в ответ:
- Я знаю.
Он погладил меня по волосам.
- Ты должна быть моей. Мне больно без тебя.
Я непонимающе смотрела на него. Больно? Как? Для меня и для моих бывших, если им верить (порядочно их было, я влюбчивая), влюблённость была прекрасным светлым чувством. Отличным способом разнообразить школьную, а потом и университетскую рутину. Не нужно думать, с кем пойти на вечеринку, лёгкий адреналин при выборе подарка, ах да, и поцелуй - это очень приятно...
- Да? - всхлипнула я, наконец, потому что Вильгельм молчал и явно ждал ответа. -Вильгельм, я не... Я не люблю тебя. Прости, я не... Я не могу...
Он прижал палец к моим губам.
- Сможешь. Конечно, сможешь. Рано или поздно. Я не отпущу тебя. Никогда. Господи, вот это я влипла...
- Да что же ты во мне нашёл? - вырвалось у меня.
Вильгельм тихо рассмеялся.
- Ты прекрасна.
- Да неужели!
- Да. Как же ты не понимаешь? Ты красива, ты - всё, что я всегда хотел видеть в своей спутнице. Ты смелая, умная, добрая. Ты совершенная, Виктория. Я буду огромным глупцом, если отпущу тебя.
