— Я тебе не награда! — Возмутившись, я толкаю его в коридор и, закрыв за собой дверь, первая набрасываюсь на него с поцелуями.
— Похоже, не я один ждал этого момента, — смеется Влад, наблюдая за тем, как спешно я снимаю его спортивные штаны, а затем и боксеры.
— Я… — осознав, что веду себя как обезумевшая и изголодавшаяся по сексу фурия, я отстраняюсь. — Меня слишком взбудоражило твое сообщение.
— На этот эффект я и рассчитывал, — довольно улыбаясь, Влад придвигается ближе и кладет ладонь на мое оголившееся бедро. — Это первый раз, когда инициатива исходит не от меня.
— М-м-м, — бормочу я, — ну да, точно.
— Мне приятно видеть тебя такой.
— Какой?
— Сорвавшейся.
Подняв голову, я встречаюсь с его сверкающим взглядом, и в который раз за эти дни таю.
— Займешься со мной сексом? — спрашиваю я, сняв через голову единственное из имеющихся у меня летних сарафанов.
— Почту за честь.
Начав в постели, мы очень быстро перемещаемся в ванную, где меня, прижатую щекой к прохладной кафельной плитке, дважды накрывает волной оргазма. Опустившись на колени, помогаю Владу закончить, после чего мы вместе принимаем душ.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, когда, оказавшись снова в кровати, Влад вдруг поднимается и, нависнув надо мной, убирает полотенце, прикрывающее мое обнаженное тело. — Я только собиралась одеться.
— Не могу удержаться, хочу еще раз увидеть этот твой взгляд…
— Какой еще взгляд? — смеюсь я, наблюдая за тем, как его голова устраивается у меня между ног.
— Ну, знаешь, когда тебя словно уносит в другую галактику.
— Ах, этот, — понимающе улыбнувшись, я провожу рукой по его светлым прядям. — Если из-за тебя я завтра не смогу самостоятельно идти, тебе придется нести меня на руках до самого поезда.
— Как будто я буду против. — Усмехнувшись, он показывает мне язык и снова опускает голову.
Понимая, что это прощальная ночь, за которой последуют ночи, когда мы не будем вместе, я позволяю себе не сдерживаться. За тихими постанываниями следуют громкие стоны, которые быстро сменяются полными удовольствия вскрикиваниями. Извиваясь на смятых простынях, я пытаюсь запечатлеть каждое мгновение, которое связывает меня с этим мужчиной.
— Ты просто чудо, — говорит Влад. На его лице такая довольная улыбка, что я тут же избавляюсь от вдруг накатившего на меня чувства стыда.
— Я слишком шумела, — сокрушаюсь я, набросив на себя шуршащее одеяло.
— Ты была идеальна. Я даже не могу передать, насколько.
— Спасибо, — снова краснею я. — Повторим эту ночь, когда встретимся в следующий раз?
— Само собой. Только это будет приветственная ночь. — Рассмеявшись, он притягивает меня к себе.
Удобно устроившись у него подмышкой, я прикрываю глаза.
— Поскорее бы.
— Еще не уехала, а уже мечтаешь о нашей следующей встрече?
— Угу, — отвечаю я сквозь охватившую меня дрему.
— Кажется, кто-то влюбился.
— Кто бы это мог быть? — говорю я перед тем, как окончательно уснуть.
Первой, с кем я встречаюсь по возвращении домой, это Аня. Немного отдохнув после дороги, я принимаю душ и, перешагнув через неразобранный чемодан, подхожу к шкафу, чтобы одеться. Только выйдя из дома понимаю, как сильно волнуюсь.
В последний раз, когда мы виделись, Кирыч был еще жив. Мы сидели за одним столом, переглядываясь и даря друг другу улыбки. Юлек в тот день капризничала, но мы трое поглядывали на ее недовольное лицо с умилением. Этот момент запомнился мне еще и потому, что он заставил меня задуматься о создании собственной семьи. Рождение ребенка перестало казаться мне чем-то невозможным. Я сидела на кухне своих друзей, наблюдала за их чудесной дочерью и представляла будущее, в котором больше не одинока.
После вокзала мы первым делом заехали к Феде. Я больше не могла ждать — хотела как можно скорее вернуть свое платье. Едва увидев его очертания, я ощутила, как мое сердце, точно избавившись от тяжелого груза, наполняется легкостью.
Добравшись до дома и достав платье из защитного чехла, я обняла его так, будто оно было старым другом, воссоединения с которым мне пришлось ждать несколько десятков лет. Я никогда не привязывалась к предметам, не представляя, как нечто неодушевленное может значить так много. Самое время признать, что потеря некоторых вещей равноценна потере части себя.
Я не теплю надежду, что Аня окажется дома, но именно этот способ связаться с ней кажется мне единственно правильным после всего случившегося. Звонок тут не к месту. Особенно после ее трогательного и полного участия письма.
Стоя у подъезда, с зависшей над домофоном ладонью, я прокручиваю в голове все наши прошлые встречи. Сколько раз, приходя на это место, я набирала с легкостью заученный номер квартиры и ждала, когда мне откроют? Сколько раз, говоря привет Кириллу, не задумывалась о том, как на самом деле много значит это слово? Меня обескураживает бесценность этих моментов, которые в прошлом воспринимались как должное.
— Алиса? — раздается женский голос позади меня.
Анина улыбка — это то, чего мне по-настоящему не доставало все это время. И хотя она уставшая и, разумеется, грустная, ее появление на лице подруги дарит мне радость.