Хозяин недовольно морщится, снова перемещет руки к колье, опять играя камнями, – но на самом деле все так же пялясь в ложбинку между грудей, – так, что я тысячу раз успеваю почувствовать себя раздетой и облапанной.
– Ладно, Серебрякова, – хрипло выдыхает он. – Готовься пока. Чтобы блистала мне на аукционе! А после принесешь мне в кабинет шампанского. Ты же его у нас разносишь, верно? Ну, – так твоя работа! На двоих принесешь, – Гурин подмигивает мне с таким видом, как будто я сейчас должна грохнуться в обморок от такой невероятной милости. – Отметим твой дебют, прикинем дальнейшие
планы…
Черт!
Вот же черт, – и почему Каролинку именно сегодня угораздило свалиться!? Я ведь так держалась за эту работу – столько, сколько платят здесь, особенно расшедрившиеся после удачной покупки покупатели, где-то еще заработать трудно… А ведь Гурин не просто вышвырнет, если ему что-то не понравится, – он же вышвырнет так, что никуда после не возьмут!
Ладно – пытаюсь себя успокоить. Ничего страшного пока не случилось.
Аукцион пройдет, и, если удачно, то его самого обступят готовые на все модельки и, надеюсь, к тому времени Гурин успеет обо мне забыть.
Дорогие друзья!
Приветствую вас в новой истории!
Очень прошу вас поддержать эту книгу вашими лайками, репостами и впечатлениями в комментариях!
Главный герой нового романа, Стас Санников, с которым мы встречаемся в ” Цена его любви”, друг и партнер Влада Северова! Надеюсь, вы рады этой встрече! Теперь будем знакомиться с ним поближе!
Всем добра и главное, – здоровья!
ЛЮБЛЮ ВАС!
ВАША КИРА
2 Глава 2
Ну, а если нет, – придется притвориться, что Каролинкина зараза и на меня перекинулась. Слезящиеся глаза, распухший нос – с этим уж я как-то справлюсь! Особенно теперь. Когда все в лютой панике от надвигающегося вируса!
Но, стоит мне только остаться одной, как я снова забываю обо всем. Любуюсь пламенем, всполохами мерцающим на моей груди и чувствую, будто попала в сказку. Определенно, в камнях таки действительно есть магия!
– Пять миллионов евро! Кто больше?
Гурин сам лично решил продавать этот лот. Но, по крайней мере, сейчас он единственный, кто смотрит не на меня. Надеюсь, в пляске цифр и прибыли перед глазами, он таки реально обо мне уже успел забыть!
– Пятьдесят миллионов! – тишину притихших покупателей как ножом разрезает низкий, чуть хрипловатый голос, от которого мои ноги рефлекторно сгибаются, – приходится даже ухватиться за край стола, чтобы не покачнуться.
– Лот ваш, господин Санников, – мне и видеть не нужно, подобострастная улыбка и без того чувствуется в голосе Гурина, – наверное, сам лично облобызал бы ему сейчас руки, а, может, и не только, если бы мог, – еще бы, за такую сумму!
– Я должен посмотреть ближе, – прерывает его не терпящий пререканий тон. – Ощутить, что покупаю.
– Конечно, конечно, – лебезит Гурин, а у меня темнеет в глазах. – Все, как пожелаете. – На все ваше право.
Я замираю, чувствуя, как в легких начинает резко не хватать воздуха, а ладони в миг становятся влажными и начинают нервно подрагивать, когда он поднимается со своего места.
И как я раньше не заметила, что он здесь, в зале? Его же невозможно не заметить, – Санникова везде много, где бы он ни появился – ощущение, что он сразу же заполняет собой абсолютно все пространство.
Но…
В зале было темно, это только меня выставили на свет.
И он точно не торговался за другие лоты – этот голос я узнала бы из тысячи, даже в самом бессознательном состоянии!
Пытаюсь совладать с собой и не закусить от волнения губы, когда его огромная фигура приближается ко мне, – здесь и в этом серебристо-сером костюме он выглядит так, как будто медведя слегка причесали и приодели, чтоб вывести в свет. Но медвежьи повадки и рычание никуда не делись и в любой момент он может просто раскидать всех вокруг.
Этот человек всегда вызывал безотчетный страх у остальных, – видимо, это на уровне рефлекса, который вопит о том, что от него нужно бежать и не связываться! Но стальные, будто расплавленное серебро, глаза, просто припечатывают, заставляя замирать на месте под тяжелым взглядом, пока по спине бегут мурашки.
Так и теперь.
Я стою перед ним, как кролик перед удавом, не в силах пошевелиться. А в голове включается красная лампочка « опасность»! Но сбежать я не могу и только судорожно сглатываю, тяжело дыша и впившись пальцами в тот самый край стола так, что они уже совсем побелели.
Какой шанс на то, что человек, которого я ненавижу всем сердцем и который обещал мне страшные вещи, меня не узнает? Ведь грим действительно изменил мое лицо…
Распахиваю глаза только когда слышу его дыхание, – оно обжигает кожу, смешиваясь с терпким запахом черного кофе и дорогих сигар. И еще чего-то такого, едва уловимого, мужского, резкого, – этот запах я бы тоже узнала из тысячи, как и его голос, будто полосующий каждым словом.
Все должно быть хорошо, – успокаиваю себя, вернее – пытаюсь успокоить. Он смотрит только на камни… Только …
Но…
Сердце начинает лихорадочно стучать , – так, что, кажется, моя грудь сейчас просто выпадет, прорвав это слишком открытое декольте.
