Я осторожно пошла за Марком. Миновала большую гостиную с кожаным диваном и двумя креслами, расставленными вокруг стеклянного журнального столика, перед телевизором. Услышала шорох дальше и застыла перед дверью спальни, где босс уже скинул пиджак и снимал рубашку.
— М? Хочешь сразу перейти к делу? — меня снова окатили саркастической кривой улыбкой, пока я, как дура, мотала коробкой с ягодами. — А! В моей ванной не стоит мыть. Там дальше есть второй санузел. Дальше.
Я кивнула и поспешно отошла от двери, чувствуя, как мелко подрагивают колени. Чуть сама не напоролась на продолжение. О чем вообще думала? И думала ли вообще, следуя за хозяином номера?
Следующая дверь снова вела в спальню, с такой же огромной кроватью. В голове возникла озорная мысль, кто додумался соединить две полноценные спальни в одном номере? Кого они вообще предполагали сюда селить? Детей? Чтобы они не могли заснуть из-за шумных родителей?
Я фыркнула и толкнула следующую дверь в комнату, напоминающую кабинет. Еще дверь с упрощенным оборудованием кухни. Тут стоял холодильник, разделочный стол и небольшой шкаф с посудой.
Одну из тарелок я взяла с собой, чтобы переложить ягоды. И только после псевдокухни нашла вторую ванную комнату. Скорее душевую, где раковину не стеснялись использовать под мытье посуды и овощей-фруктов.
Поморщившись, поставила пластиковую коробку с клубникой под струю воды и одной рукой мыла каждую ягоду, складывая в тарелку в другой руке.
— Что ты с ними возишься? — раздалось из-за плеча. — До утра собралась перемывать ягоды?
Марк отодвинул меня, поднимая коробку с ягодами и водой, бултыхая их внутри и наклоняя, чтобы вода стекла.
— Готово, — удовлетворенно оповестил он, перетряхивая наспех сполоснутые ягоды в тарелку и вытирая руки о домашние штаны.
Я смущенно прошлась по его обтянутым футболкой плечам, по подчеркнутой рельефной груди, по болтающейся трикотажной ткани в районе пресса, где тоже мог выступать обтянутый футболкой живот. Но нет, футболка болталась незаправленная, значит пресс у босса имелся.
Нервно сглотнула и подняла глаза на лукаво прищурившегося Марка.
— В гостиную или сразу в спальню.
Выдохнула:
— В гостиную. А потом по спальням. Я заметила, тут есть вторая.
— Да? — удивился Марк. — А я не заметил!
Но вопреки моим ожиданиям поступить по-своему, босс повел меня в большую комнату к диванам. Там зачем-то придвинул кресло ближе к дивану, забрал у меня тарелку, переставив ее на столик, и усадил на кресло перед собой. Слишком близко.
Он поднес к моим губам клубнику. Я оторопела, скосила глаза на ягоду. Есть из его рук? Опуститься на дно, изображая, как я с ним по своей воле? С трудом проглотила вставший в горле ком и открыла рот. Глаза зажмурила. Я не хотела смотреть на свое моральное падение.
Но ничего не произошло. Я открыла глаза, с удивлением увидев его недовольное лицо.
— Ты лишаешь эстетики любой романтический порыв, — поморщился он. — Соси.
— Ч-что?
— Клубнику. Обхвати её губами и соси. Высоси из нее все соки, не касаясь зубами. Давай.
Он издевается? Видит, что мне даже есть из его рук противно, и заставляет проворачивать такое с ягодой?
— Вижу, ты обожаешь клубнику. Постарайся, или я заставлю тебя проделать это с килограммом.
Мысленно застонав, разжала челюсть и обхватила губами кончик ягоды.
— Да, так. Теперь втяни её в рот, поиграй с ней, — тихо приказал он, не сводя взгляда с моих губ.
Козел!
Но я послушно втянула клубнику, на секунду почувствовав приятный ягодный привкус во рту, и сразу выпустила её, влажную и поблёскивающую в свете ламп.
— Ещё, — немедленно прохрипел он.
И я снова открыла рот и поддалась к нему, чтобы обхватить клубнику целиком губами.
— Да, — выдохнул он, наблюдая за мной.
Я вынуждена смотрела на него, видела, как меняется выражение глаз, как они темнеют и становятся черными бездонными озерами, как тяжелеют веки, прикрывая опасный блеск глаз. Слышала, как меняется его дыхание, становится более частым и отрывистым.
И это все из-за моего поедания клубники.
— Еще хочешь? — медленно, еле связывая слова, спросил он. Я отрицательно покачала головой. — А я хочу.
Следующая клубника оказалась у моих губ. Я покорно открыла рот и высосала эту ягоду тоже.
— Охрененная, — мучительно простонал он и в следующую секунду сгреб меня лапищей с кресла и впился в губы голодным требовательным поцелуем.
Я растерялась от натиска его губ, языка, не понимая, от чего мне отталкиваться в первую очередь, от напора его рта или от напора его члена в низ моего живота. Но и от того и от другого сознание поплыло, голова закружилась. Я судорожно вцепилась в дурацкую футболку, делающую из наглого босса суперчеловека, и обмякла, чувствуя под грудью перекатывающиеся мускулы, по бокам и по спине ненасытные руки, исследующие каждый миллиметр моего тела, не в состоянии вздохнуть от жадного рта, который казалось приклеился ко мне насовсем.
Но ведь босс это закончит? Ему же тоже нужен воздух.
Через секунду он оторвался от меня и встряхнул:
— Отвечай же, делай с моим языком то же, что делала с клубникой.
