– Правда, ваша, сер! У нас в южных штатах они вообще и ягоды жрут с фруктами, а уж если есть арахисовая плантация, то их от нее за уши не оттащишь.
– Здесь на Аляске, им конечно поголоднее живется, чем в ваших южных штатах, – кивнув, проговорил поручик, – поэтому они и вынуждены, устраивать свои загонные охоты. Где на оленей, а где и на одиноких всадников вроде вас. Меня койоты не преследовали, но один раз по лету с медведем пришлось сойтись.
– Не уж то врукопашную?
– Да нет, шел я тогда по берегу, вижу на песчаной отмели свежие следы крупного медведя. Захожу за пригорок, а он там сидит и рыбину жует, прости Господи. Теперь во снах, частенько вижу его оскаленную пасть, с желтыми клыками. Насилу успел пальнуть с винтовки в косолапого! Благо собачка, царствие ей небесное его придержала, очень крупный самец был. Скажи мне вот что, Харли… Англичане нас с воды не заметят?
– Нет, конечно, – уверенно проговорил тот, – Джон с охотниками старые воины. Они у основания скалы укрылись среди валунов и их точно с воды не видно.
– Хорошо, чаевничай, да поспешаем!
Отправив американца с лошадьми в форт, Орлов выступил со своим отрядом на соединение с Джоном, найти которого по следам Харли не представляло большой сложности. Весь их путь лежал среди густого хвойного леса, который покрывал остатки большого хребта, где в изрезанных эрозией местах, даже в наступающих сумерках легко угадывались пласты галечника или глины с линзами торфяника. Лишь когда уже совсем стемнело, Орлову удалось выйти к притаившимся в засаде американцам.
– Рад видеть тебя, генерал, – хохотнул Джон, дыхнув перегаром. – Рад, что не передумал и присоединился к нашей охоте! Предупредить, что уходим времени не оставалось, уж извиняй. Я смотрю, ты и испанцам винтовки выдал? Не боишься, что в спину палить начнут?
Орлов не спеша устроился на лежанке, из хвойного лапника и тихо проговорил:
– Им до дому добраться надобно, да и злые они на англичан. Ну, а получится все, так и в морском деле подсобят.
– Ну, что же разумно. Может, выпьете для разогрева?
– Зачем пить перед боем? Я бы и тебе с друзьями не советовал.
– Это, генерал, настоящие хлебные виски! От них же захмелеть не возможно, да еще на морозе, который все выветривает.
– Ладно, рассказывай чего вы тут высмотрели, за все это время. Корабль то с англичанами здесь или нет? Что-то я ни одного огня не вижу на мачтах.
– Маскируются, – отозвался американец, делая глоток из бутылки. – От берега пару кабельтовых будет до шхуны.
– Хватит тебе пить, – покачав головой, проговорил Орлов, пытаясь рассмотреть в бинокль силуэт корабля.
– Видал, Бен, какие эти русские серьезные мужики, – с улыбкой проговорил американец. – Это, Бен, он тоже бывший фермер из Сант-Луиза, как и Хари, а тот, что самый дальний Тони. А, Харли, в форте примут?
– В форте все будет правильно! Найдется там место и для Харли и для лошадок ваших.
– Я так думаю, что вас нам сам Всевышний послал, как оберег! С вами-то мы и англичан захватим, и Чарли негодяя скрутим! А то ишь чего поганец удумал, в Старый Свет отбыть тихонько. Не переживай, генерал, нам осталось только их лодку дождаться, да когда в лес с мешками уйдут. Тогда и корабль отобьем! Обещай мне, что в Ново-Архангельске угостишь нас, вашими славными блинами с икрой и, что бы обязательно под водку все это было сделано!
– Договорились, – кивнув, прошептал поручик, – только вначале давай все сделаем правильно, а уж потом и водку под икру с блинами будем кушать. Скажи, где ваш Чарли прячется?
– В деревне у туземцев, с дружками он там гнида! Ждать они там будут англичан, с ними, и вернуться на судно.
– Понятно. А скажи, Джон, что ты думаешь по поводу лесопилки, где вы останавливались на ночлег? Я понять не могу, почему ее наши люди покинули.
Американец внимательно посмотрел на Орлова и, пожав плечами, произнес:
– Кто его знает…, но мне тоже показалось странным, что столько добра и вдруг брошено. Одно могу сказать, что боя не было, следов пожара тоже, похоже люди покидали лесопилку спешно, но без паники.
– Может, потому что им сообщили о продажи этой земли?
– Ну, вот началось, – развел руками американец, – уже и ты, генерал, с нашего госсекретаря смеешься.
– Почему смеюсь? – не понял поручик.
– Потому что эта идея бредовая может придти в голову только бальному человеку, вроде нашего госсекретаря! Ну, сам посуди, кому нужны все эти снега и горы? Да еще с пьяными племенами туземцев! Слышали мы краем уха эту сказку, только запомни, что у нас еще конгресс есть, между прочим, который никогда не позволит, нашему чудаковатому старику чудить. И вообще про такие глупости я даже разговаривать не хочу!
– Тогда расскажи, давно ли работаешь на Пинкертона? – Это можно! Уже больше двух лет.
– Не надоело терпеть лишения вдали от дома?
– Я живу в Нью-Йорке, – отозвался тот, горько усмехнувшись, растирая замерзшее ухо. – Надоело, генерал, как раз жить и работать в каменных трущобах, где люди не хотят жить по законам Библии.
– В каком это смысле? Что ты имеешь в виду?
