Эллис поднял ладонь: «Отойдите подальше, Лили!»
В дверь снова заколотили, уже гораздо сильнее и громче. И Лили в голову пришла страшная мысль: подручные Макса могли решить проблему его сестры иным способом, а договор о возвращении Руби мог быть всего лишь уловкой!
Эллис пригнулся и посмотрел в глазок.
Затаив дыхание, Лили мысленно приготовилась схватить Келвина и бежать. Через окно в спальне, по пожарной лестнице… если она там была… О, господи! Почему она не проверила?
АЭллис уже опустил свой нож, отпер дверь и обменялся парой слов с незваным гостем. С кем – Лили не удалось рассмотреть за его широкой спиной. Но через секунду Эллис посторонился и пустил гостя внутрь.
Точнее, гостью.
– Ой, миссис Диллард! Это вы! – расплылась в улыбке Лили. За всю свою жизнь она еще ни разу не приветствовала никого с
Едва Эллис закрыл дверь, Джеральдина обвела комнату глазами.
– Где он? Я должна его увидеть. Где мой Келвин? – Халомив руки, она выглядела почти обезумевшей.
Взгляд на часы подтвердил: Джеральдина приехала на несколько часов раньше. Еще не было и четырех утра.
Лили пришлось напомнить себе, что Джеральдина как мать могла сейчас испытывать. Она подошла к ней поближе и прошептала:
– Он в спальне, крепко спит.
– Он не ранен? Не покалечен? С ним все в порядке? – Мокрые глаза Джеральдины затребовали правды.
– С ним все в порядке!
«Или будет», – понадеялась Лили.
Джеральдина обернулась к Эллису, словно нуждалась в подтверждении. Но когда ее взгляд упал на нож в его руке, парень поспешил положить его на тумбочку:
– Это только предосторожность.
Лили поспешила отвлечь Джеральдину от еще более пугающего объяснения:
– До чего же хорошо, что вы уже здесь!
– После звонка мистера Рида я совсем не могла ждать. Доктор Саммерс разрешила мне воспользоваться ее машиной, поскольку я немного умею водить… и посчитав… что я… – Взгляд Джеральдины устремился в точку за спиной у Лили.
На пороге спальни стоял – в грязной рубашке и рабочем комбинезоне – Келвин и тер глаза.
Джеральдина вдохнула воздух, всплеснула руками и кинулась к сыну. Но вдруг остановилась и рухнула на колени. А потом медленно вытянула вперед руки в жесте истосковавшейся матери, убоявшейся его отпугнуть.
– Кэл, дорогой… это я… твоя мама.
Мальчик уставился на нее в потрясении или замешательстве.
Со слов Эллиса Лили знала, что Руби была в курсе болезни своей матери. Но знал ли об этом Келвин? Или он все это время думал, что мама от него отказалась?
А что, если Сильвия наговорила ему о матери еще массу страшных и гнусных вещей?
Похоже, и Джеральдине в голову приходили такие же вопросы; лицо женщины исказил страх. Но уже в следующий миг все вопросы отпали. Мальчик сделал пару робких шагов, а потом со всех ног бросился к маме. Он обвил ее шею руками, и из груди Джеральдины вырвался вздох облегчения. Они обнялись, расплакались, Джеральдина начала целовать сыну щеки и руки и все время повторяла, как она его любит.
– Я тоже люблю тебя, мама, – сказал Келвин.
Это были первые слова, которые он произнес за всю ночь. Первые слова, которые услышала от него Лили.
И они были прекрасны!
Эллис наблюдал за ними, убрав руки в карманы брюк. И его лицо согревала исцеляющая теплота, разлившаяся по комнате и заполнившая сердце Лили.
Вытирая щеки, Джеральдина поднялась на ноги; Келвин прижался к ее юбке. Как же долго он об этом мечтал!
– А теперь, – сказала Джеральдина Эллису, – мне надо увидеть дочь. Где она может быть?
– У Миллстоунов. Мы поедем туда к восьми.
– Нет! Я поеду туда прямо сейчас!
Стойкость и решимость Джеральдины удивили и Эллиса, и Лили.
– Миссис Диллард, – сказал Эллис. – Положитесь на меня. Брат Сильвии, который все это организует… Ну, скажем так: это не тот человек, чьих приказов можно ослушаться из прихоти. И, кроме того, я думаю, что его присутствие там только поможет.
Понять, почему Эллис так сказал, было несложно. Сильвию вряд ли обрадовала их договоренность. И то, что инициативу взял на себя Макс, было гарантией более «гладкой» передачи девочки.
– Значит, она ждет нас в восемь, – пробормотала Джеральдина.
– Осталось ждать всего несколько часов, – утешила ее Лили.
Джеральдина скрестила руки на груди; в ней явно нарастало волнение.
– А почему вы так уверены, что Сильвия не передумала и не уехала? И не увезла с собой Руби? Раз она не дружит с головой, то вряд ли будет слушать чужие советы. Я вам обоим невероятно благодарна за то, что вы сделали сегодня ночью. Но мать Руби – я. И даже если мне придется проехать через весь город одной, чтобы найти этот дом и мою дочь, я это сделаю! С вами или без вас…
Лили и Эллис обменялись взглядами. За день они пережили такие зигзаги и повороты, каких не испытали бы даже на аттракционе «Циклон» в Кони-Айленде. Им даже в голову не пришло нарушить план Макса. Или допустить мысль, что кто-то другой осмелился пойти поперек его воли.
Но что, если Джеральдина была права? Что, если ее дочь уже увезли, далеко-далеко?
– Поедем на моей машине, – сказал Эллис, сгребая в охапку женские пальто и свою куртку.
