Её тело отделалось от онемения, голова всё ещё трещала, но не терялась в пространстве. Дождавшись, пока на встречной полосе кончатся машины, Арина рванулась вперёд и стала колотить водителя по голове. Тот вжал шею в плечи, нагнулся, качнул машину пару раз из стороны в сторону и вот-вот отпустил бы руль.
— Угомонись! — гавкнул второй курьер, бросив в её сторону руку, держащую пистолет Макарова. — Убивать тебя запрещено, но если станешь буянить — сказано усмирить любым способом!
Ей ничего не оставалось, как сдаться и считать ели за плотно тонированным окном, чувствуя себя беспомощной посылкой.
Втолкнув Арину в собственную квартиру, курьеры вышли, заперев дверь снаружи. На деревянных ногах она прошла к гостиной и остановилась на пороге.
— Сигнализация отключена. Тревожные кнопки в спальне и в прихожей выведены из строя. — В знак приветствия сказал Илья, поднялся с дивана и расправил рубашку. Арина была готова поспорить, что рубашка эта принадлежала Лёше. Белая, со вставкой серебристой эмблемы на краю воротника и черной окантовкой на подогнутых рукавах. Она без сомнений видела её на Лёше. Илья щёлкнул предохранителем на своём стальном пистолете. — Так что зря ты не пользуешься привилегиями члена семьи госслужащего.
— А смысл? Если такие как ты пользуются привилегиями своей шизофрении.
В ответ мужчина задорно рассмеялся. Пухлые губы на его круглом лице широко растянулись, ни на каплю не став тоньше. Девушка, наконец, набралась смелости, глубоко вздохнула и перевела взгляд на Никиту, привязанного к стулу возле зашторенного окна.
— Значит, заранее знал, что я не приеду сама? — она шагнула в комнату и снова перевела взгляд на Илью.
— Ну! — он взъерошил шустрым жестом свободной руки короткие волосы и в секунду помолодел на несколько лет. — Стоит один раз увидеть твоего папашу и сразу становится ясно, что он научил единственную дочь реагировать на шантаж.
— А твой отец, видимо, не говорил тебе, что шантажировать нехорошо?
— Не говорил. Он показывал, как это эффективно.
Арина не сдержала ухмылку, глотая желание броситься к Никите, тем самым продемонстрировав свою слабость к парню.
— Я здесь, и что теперь?
— Раздевайся. — С улыбкой сказал Илья и виновато поджал губы.
— Чего? — Арина вскинула бровями и нервно сглотнула.
— Ты слышала. — Мужчина направил оружие на Никиту. Парень, с трудом держал приоткрытыми веки из-за запекшейся на них крови. Его голова колыхалась на слабой шее, как на тонкой ивовой ветке. Илья дотронулся дулом до виска Никиты, и слабая голова перекатилась от левого плеча к правому.
Несколько скоротечных секунд Арина выбирала тактику. Она не могла обличить страх и слабость, раззадорив Илью контролем над ситуацией. Не могла кидаться в него острой агрессией. Поэтому нацепила на губы ухмылку и игриво произнесла:
— Можешь пристрелить меня, раздеть и подрочить на мой труп, ясно тебе?
— Почему подрочить? Не упущу возможности присунуть, пока ты не остынешь. — Он дёрнул носом, словно его щекотали невидимыми перьями. — Я больше не буду повторять.
— Не… Не надо. — Булькнул Никита, давясь ни то кровью, ни то слюной, а может и всем сразу.
— Да брось! — воскликнул Илья, обращаясь к парню. — Разве ты не хочешь увидеть что под этим блядским платьем? — как только он договорил фразу, тут же, не рассчитывая на ответ, вернул взгляд к девушке.
Арина подумала, что вряд ли он хочет лишь увидеть. В её голове зарождалась злость от мысли, что Илья планирует делать с ней дальше. Затем девушка посмеялась над собой, вспомнив, сколько раз эти стены видели её обнаженной и сколько других стен, чужих и незнакомых наблюдали её наготу.
Приказав телу позабыть о дрожи и слабости, она подняла руки и взялась за лямки платья. Под довольную усмешку мужчины, потянула их к плечам. По очереди продела через тонкие тесёмки руки и прижала платье к груди.
— Отпускай парня и можешь делать со мной всё, что только придумаешь. — Она добавила в голос всё спокойствие, на которое была способна.
Илья рассмеялся. Громко и задорно, будто услышал гениальную шутку.
— Шантажирую здесь я, забыла?
— Помню. Только какой смысл мне делать то, что ты просишь, если ты всё равно убьешь нас обоих, когда наиграешься?
— Хороший вопрос! Но, боюсь, тебе остаётся надеяться только на то, что мне очень понравится с тобой играть. — Мужчина снова дёрнул носом. — Продолжай.
Никита медленно отвернул голову в сторону мрачно-синих штор.
Девушка смотрела Илье прямо в глаза. Игриво чуть прищурив взгляд, чтобы скрыть злость и отвращение, она заскользила руками по белой ткани. В эту секунду ей вспомнилась бесподобная игра Светы в ночной квартире. Арина добавила на лицо довольную ухмылку, чтобы мужчина не чувствовал себя победителем, и стянула платье с груди. Илья тут же опустил взгляд, его губы разомкнулись, кадык нервно шагнул по горлу.
