— Знаешь, за всю свою жизнь, если я в чем и научилась разбираться, так это в мужских взглядах, — прошептала Алиса, наклонившись ко мне, кокетливо прячась за бокалом шампанского. — Могу разглядеть даже самое запрятанное, захудалое, малюсенькое желание. Хотя обычно этого не требуется.
Она хихикнула и сделала большой глоток, продолжив:
— Мужчины не способны прятать вожделение. От природы они визуалы. Заметила, как Брицкриг пытается скрыть свое, когда смотрит на тебя.
Она снова хихикнула, наводя на мысль, что не такая уж она и трезвая. И когда только успела? Или слишком быстро пьянеет?
— Ты ошибаешься, — возразила я, чувствуя, как на душе теплеет от услышанных слов.
— Видела, как сужаются его зрачки и расслабляется верхняя часть туловища, когда он смотрит на тебя. Лови свой шанс. Он же, как магнит, и доставляет наслаждение одним лишь присутствием.
Она снова захихикала, пока я оторопело переводила взгляд с нее на Марса, а затем с Марса на Андрея. Если бы Марс хотел, давно нашел меня. Я работаю на него. Так что пьяный шепот Алисы звучал скорее, как дружеское угодничество. Может быть, ей хотелось польстить мне, сделать приятное? Такой, мол, самец смотрит, да ты, Милена, красавица.
— Как у вас дела с Плацидом? — мне до сих пор казалось странным, как переменчиво она смотрела на моего, да и собственного мужа.
— О! У нас все чудесно, — улыбка вышла мечтательной, такой, что на миг стало завидно. Они ведь женаты почти столько же, сколько мы с Андреем, и так счастливы. А мы вот нет. Из-за меня. Я завистливо вздохнула.
— Рада за вас.
— Плацид великолепный муж.
Как только Марс остался в одиночестве, Алиса тут же потянула меня обратно, кокетливо глядя на него.
— Давай вернемся, не стоит бросать начальство в одиночестве.
Поставив стакан на поднос идущего мимо официанта, он как будто ждал нас. Тело расслаблено, спиной Марс оперся на ствол дерева, большие пальцы рук засунуты в карманы темных джинс, ворот льняной белой рубашки расстегнут на три пуговицы вниз. Весь его вид смотрелся уместно в обстановке детского визга, доносящегося из бассейна, смеха отдыхающих людей, музыки, текущей со стороны оркестра. Голова запрокинута, благодаря этому глазам посторонних открывалась мощная шея и приметный кадык. Взгляд глаз, занавешенных ресницами, упираться прямо в меня. Волнуя, задевая за живое. В горле образовалась сухость. Я жадно пыталась отыскать признаки заинтересованности, замеченные Алисой.
— А вот и мы! А куда делись наши мальчики?
Алиса запнулась и, едва не потеряв равновесие, схватилось за первое попавшееся — за протянутую мужскую руку.
— Дела, — ответил Марс, пока я разглядывала золотые часы на левой руке.
— Любите часы?
— Ценю время, — скользнула по сексуальному телу, остановилась на мужских губах, запутался в его взгляде. — Его обычно не хватает нашим пациентам.
— Его всем не хватает, — на мужских губах возникла загадочная чувственная улыбка, Марс кивнул головой, словно принимая решение.
Алиса с сожалением, не найдя отклика, отлипла от его руки. Почти одновременно с нами подошел Шепард.
— Зачем звал босс? — баварская сосиска во рту мешала ему четко говорить.
— Найди Плацида и езжай в клинику. Я буду через десять минут, — велел Марс, как будто не он только что отправил того оформлять документы, от расслабленности не осталось и следа. — Милена, идем за мной. Прошу прощения.
Алиса, перебравшая и несказанно расстроенная, уставилась на меня, разобиделась, но затем, сообразив, что не просто народ в клинику собирается, взяла себя в руки и кивнула.
Я бы обрадовалась такой компании. Но присутствие вокруг толпы, а главное Шепарда, не позволяло расслабиться даже на секунду.
Мы вышли из парка, дошли до парковки с множеством дорогостоящих машин. Марс впервые коснулся рукой моего локтя, направляя в сторону «Ауди», отчего меня кинуло в жар. По телу разбежались колкие, волнующие ощущения. Специально же дотронулся.
Сев в машину, я, стараясь не думать об этом, уставилась вперед. Не думать не получалось, а вот чувствовать да. В салоне пахло синтетикой, кожей и Марсом. Тело тонкой струной завибрировало, реагируя на каждый мужской вздох и движение. Казалось, я обрела сверхвосприимчивость, и теперь осязаемо нежно ощущаю вокруг воздух так, словно тот шелковый, осыпает ласками, будоражит одним лишь дуновением ветра.
— Что-то случилось? — спросила я, понимая, насколько ситуация в целом нестандартная.
— Верно, — он аккуратно вывел машину на дорогу, периодически поглядывая на меня. — Через десять минут будем в клинике, все расскажу и покажу.
Я вынуждена признать, он все так же нравится мне. Целиком. Симптоматика указывала на то, что я вижу подходящего партнера для размножения и достойного самца. Не могла же я влюбиться? Не могла, но всем существом чувствовала, как ведет и тянет к нему. Как трудно справиться с гормонами, бурлящими в крови, пока он рядом. И возбуждает и злит одновременно. Конечно, вокруг Марса витает неуловимая притягательность, обволакивающая половым желанием аура. Но дело не во внешности, не в деньгах и даже не в инстинктах. Дело в энергии.
