— А потом поняла, что все не то, — пояснила подружка. — После Москвы — вообще не то. Ни размаха, ни масштаба. Ты же знаешь, я к роскошной жизни никогда не стремилась, но вот к жизни в большом городе привыкла как-то. В Москве столько всего было: и выставки, и концерты… Пока с Владом за его мамой ухаживали, вопрос о переезде даже не возникал, а потом, как ее не стало, больше уже ничего и не держало, ни мужа, ни меня. Он тоже по столице скучал. Решили с Власом, что всеми правдами и неправдами будем перебираться в большой город — не в Москву, так в Ленинград. В Москве, конечно, нас никто уже не ждал, да и комнату нашу на Кирова другим отдали. Через знакомых я вышла как-то на РОНО в Ленинграде, ни на что особо не надеялась. Но тут удача внезапно подвернулась, когда я уже совсем руки опустила — дали место в школе, комнату вот выделили.
— Здорово! — выдохнула я, обрадованная, что ничего плохого не случилось. Значит, подружка моя всего-навсего просто скучала по большому городу, а посему они с мужем решили перебраться в Ленинград.
— Влас на завод «Красный Выборжец» пошел работать, на Выборгскую сторону — продолжала Вера и с гордостью добавила: — Теперь он — начальник цеха. Второй год уже тут живем. Дочурка вот у нас родилась, Лида, ровесница Лидиного Тимоши. В честь нее и назвала.
Завод «Красный Выборжец» тоже мне был хорошо знаком. Когда-то давно, в середине восьмидесятых, я ездила в гости к однокласснице, которая жила на Кондратьевском проспекте, рядом с кинотеатром «Гигант». Позже, в девяностых, его закрыли и на его месте открылось казино «Конти». Однако я знаю, что по привычке многие старожилы до сих пор называют это здание «Гигантом».
— Так, собственно, мы и очутились тут, — подытожила Вера. — А то, что тебе тут комнату выделили, меня, если честно, не очень удивило: у нас тут целая квартира преподавателей, даже ученые есть! Кто в школе работает, кто в институте преподает, кто в НИИ трудится… Агафья Кирилловна вон черчение преподавала, пока на пенсию не вышла, я — географии детишек учу, старичок Лаврентий Павлович химикаты какие-то полезные в своем институте разрабатывает… Мы его за глаза «Берией» зовем… Да не, ты не подумай, человек он отличный, просто имя и отчество забавным образом совпали, бывает… А Антонина Семеновна, которая в дальней комнате живет — известный, между прочим, историк и доктор наук, ее даже на телевидение приглашают выступать. Она про каждую улицу Ленинграда может кучу всего интересного рассказать!
Тем временем из прихожей послышались звуки открываемой двери, топот и шум голосов.
— Народ домой потихоньку возвращается! Ладно, — Вера деловито хлопнула ладонью по столу. — Посидели — и будет! Пойдем, мешать не будем. Я тебе комнату твою покажу.
— Ну вот, собственно, добро пожаловать! — толкнув дверь дальней комнаты по коридору, возвестила Вера. — Ключ, который маленький, — отсюда. Большим, длинным, будешь открывать входную дверь. Так, Влас с Лидой вернулись уже, пора их кормить и развлекать. График дежурств на туалете висит, ознакомься. Извини, пойду я, завтра пообщаемся! А ты обустраивайся пока, чувствуй себя, как дома! И не стесняйся, у нас тут все свои, не обидят. Ну а если будут обижать — зови меня! Да шучу я, шучу… Заваливайся в кровать и отдыхай!
— А где Агафья Кирилловна, ну, которая тут раньше жила? — полюбопытствовала я. — Неужели…?
— Типун тебе на язык! — всплеснула руками Вера. — Жива-здорова, нас переживет! Она тут с сороковых еще, кажется, жила, юной совсем, и во время блокады тоже. На пенсию она вышла, к родственникам поближе переехала в область, там ей квартирку в деревянном доме выделили крохотную. Говорит, если здоровье будет позволять, в сельскую школу устроится, детишкам черчение преподавать. А комната ее тебе теперь досталась. Скучаем мы по ней иногда, она постоянно детишек наших баловала, пироги им пекла и леденцы в формочке делала. Кстати, Даша, если хочешь сладкого, то в продуктовом внизу выкинули апельсины, можешь занять очередь, часа за два должна дойти… Слушай, как все-таки здорово, что теперь вместе будем жить!
Обнявшись с подругой, я вошла в комнату и, поставив на пол свою уже изрядно надоевшую за день дорожную сумку, огляделась. Сил уже никаких не было. Голова от множества недавно случившихся событий просто шла кругом, а посему стоять в очереди за апельсинами еще два часа мне совершенно не хотелось. Подожду, пожалуй, своего возвращения в 2025 год, где эти заморские фрукты уже не являются дефицитом, да куплю в первом попавшемся магазине сразу пару-тройку килограммов…
