– Я во время московских беспорядков влип, – после короткой паузы ответил Чайка. – На меня на улице напали, я отбился, одного положил, потом безы налетели. Сначала хотели отпустить, но у меня «раллер» при себе оказался. Забрали проверять. В принципе – самооборона чистой воды, но безов тогда прижали, и они всех давили. Из пушки, что я у погромщика отнял, двух прохожих завалили – их мне и припаяли.
– Почему в Африку?
– Мне выбор предложили: в тюрягу к бандитам или сюда, к машинистам. Я долго не колебался.
– Понимаю.
Помолчали. Минут через пять Чайка решил, что Мэтт заснул, однако тот неожиданно продолжил:
– Я из Сиэтла. – Видимо, решал, стоит ли откровенничать. – Меня на перевозке «синдина» взяли.
– И сразу сюда?
– За мной еще кое-что было… – Пауза. – Я из людей Сорок Два.
– Ух ты! – Илья знал, что его сосед – машинист, но его не предупредили – какой. – Ты принял троицу?
– Разумеется.
– И как?
– Во время перевозки я почти успел перегрызть себе вены, – спокойно отозвался Мэтт. – Если бы эти суки трепались чуть дольше, у меня получилось бы, но…
– При чем здесь вены? – растерялся Илья. – Я же спрашивал о троице.
– А я тебе ответил.
«Вены?»
– Троица Сорок Два – это свобода. А у меня ее нет. Они меня отключили, понимаешь? «Гнездо» выдернули, обрубили все нейросоединения. Я оглох, понимаешь, я ослеп, я потерял душу. – Мэтт говорил спокойно, не жаловался, не орал, надрываясь, просто рассказывал даже не грустным – усталым тоном. Тоном человека, который не грызет себе вены только потому, что не в силах до них дотянуться. – Мира нет. Цифры нет. Я – пустая оболочка.
Разговор становился все более и более интересным.
– Зачем они так?
– Стандартная процедура для людей Сорок Два. Они знают, насколько хреново нам будет.
– Без подключения?
– Без Цифры. Я из людей Сорок Два, понимаешь? – повторил сосед. – Я вставлял себе «поплавок». Я растворялся в сети. Мой мозг превращался в байты, а все байты сети становились моим мозгом. Я из людей Сорок Два…
Хорошо, что Мэтт разговорился после отбоя, в темноте, не видя выражение лица собеседника. И не заметил, что Илья смотрит на него с превосходством.
– Это трудно? – негромко осведомился Чайка.
– «Поплавок» в «балалайку»?
– Вообще – троица Сорок Два.
– Это ворота в другой мир.
– Но наркотик…
– Не наркотик – «синдин», – поправил Илью Мэтт. – Он не наркотик. – Помолчал. – Ты вообще ничего не знаешь?
