— Ребята! — Администратор выкатился на сцену. — Пара слов от организатора вечера! Пара слов, и праздник продолжится!
— Только быстрее!
— Аплодисменты спонсору!
— А пиво и дальше будет бесплатным?
— А шампанское?
— А можно что покрепче?
Развеселый молодняк, которому только предстоит попробовать жизнь на вкус. И среди них — Пэт, раскрасневшаяся, позабывшая обо всем на свете, счастливая.
Улыбающийся Кирилл остановился в правом углу, музыканты отошли левее, и шестеро пыхтящих служителей выкатили на сцену платформу, закрытую тентом из плотной ткани.
— Господа! — Оператор вывел микрофон на полную мощность, а потому голос Грязнова достиг самых дальних уголков «Стоп-крана». — Господа, я человек пожилой, мне пора уходить, но клуб останется в вашем распоряжении до утра.
— Ура спонсору!
— Поставьте ему памятник!
— Музыку! Верните музыку!
— Мы вас любим!
— А кто это?
— Не знаю!
— Папаша Пэт!
— Пэт — отличная девчонка!
— Она уже магистр!
В конце стойки страстно целовались.
Кирилл поднял руку, призывая народ к тишине, и продолжил:
— Напоследок я хочу сказать, что сегодня большой день не только для моей дочери, но и для меня. Я горжусь своей девочкой… Патриция? — Прожектор выхватил стоящую рядом со сценой Пэт. — Патриция, возможно, когда-то я не был хорошим отцом, но, как мне кажется, я исправился…
— Вы лучший!
— Ура!
— Верните музыку!
— Я хочу сказать, что мне повезло. У меня есть ты: замечательная, умная, красивая… Когда я смотрю на тебя, то понимаю, что ты справишься с чем угодно. Когда я смотрю на тебя, я понимаю, что прожил жизнь не зря. Ты делаешь меня счастливым, дочь, только тем, что ты есть. И все, что я могу, — дарить тебе маленькие забавные подарки.
Ткань соскользнула, открыв пронзительно желтый «Ламборджини». По залу прокатился удивленный вздох.
— Папа!
Пэт бросилась Кириллу на шею.
— Это была бойня! Самая настоящая бойня! — На глазах Красной выступили слезы — боль не утихла. Роза придавила ее, затолкала глубоко внутрь, забыла о ней, когда хладнокровно помогала уносить ноги двум счастливчикам, сумевшим вырваться из кольца парашютистов. Довела их до самого Франкфурта, спасла… И только теперь, когда ребята оказались в безопасности, дала волю эмоциям.
— Палачи, — выдохнул Крюгер.
— Озверевшие дикари! — рявкнула Ева.
Сорок Два зябко передернул плечами, но промолчал.
Они собрались в совещательной комнате. Большой стол, изрядную часть которого занимал встроенный в столешницу сенсорный дисплей, мониторы на стенах, жужжащие системные блоки… Именно в этой комнате продумывалась операция по захвату вертолета. Именно отсюда улыбающийся Крюгер отправился за «поплавками». Именно сюда он вернулся, растеряв всех своих людей. Злой, грязный, но без единой царапины.
— Мы ведь никого не убили, — жалобно протянула Красная. — Все знают, что мы никого не убиваем!
— Кровь была, — угрюмо напомнил Ян. — В других операциях.
— Случайности! Трагические совпадения! Все знают, что мы никогда не планируем убийства!
— Мы все равно террористы.
— Но это не повод, чтобы расстреливать нас без суда и следствия!
Роза не боялась, не тряслась от ужаса, осознав, что шутить с ней не будут, — она давно понимала, в какие игры играет. Но Красная искренне не понимала, почему десантники повели себя столь жестоко. Разве нельзя было припугнуть окруженных нейкистов и арестовать их? Можно. Это было бы логично — ведь им нужен Сорок Два, а не рядовые исполнители. Им нужна информация об организации, но вместо этого десантникам велели открыть огонь.
— Мир стал другим.
— Мир прежний, — отстраненно отозвался Сорок Два. — Насилие, жестокость, кровь… Это прежний мир, который сопротивляется наступлению Цифры.
Будешь служить Сорок Два — умрешь. Не эту ли аксиому пытается вдолбить людям баварский султан?
— Мы должны отомстить! — решительно заявила Пума и кашлянула в кулачок. — Мы знаем, кто принимал участие в убийствах. Мы знаем каждого палача по имени, и у нас есть возможность…
— В тебе говорит гнев, — мягко произнес Сорок Два.
— Да, — не стала спорить Ева. — И что?
— Око за око, — поддержал Пуму Крюгер. — Мы должны продемонстрировать силу.
— Злоба туманит ваш разум.
— Праведная ярость!
